Федеральному центру позарез нужно спокойствие на Северном Кавказе. И потому, что сколько же можно. И потому, что надо готовиться к Олимпиаде, до которой остается четыре года. И потому, что с экономикой не все гладко и растет социальная напряженность. Никто не скрывает, что незамиренные боевики продолжают бегать по горам. Но вроде как это уже не война. Вторая чеченская длилась почти десять лет и была официально завершена в апреле 2009 года.
Федеральному центру позарез нужно спокойствие на Северном Кавказе. И потому, что сколько же можно. И потому, что надо готовиться к Олимпиаде, до которой остается четыре года. И потому, что с экономикой не все гладко и растет социальная напряженность. Никто не скрывает, что незамиренные боевики продолжают бегать по горам. Но вроде как это уже не война. Вторая чеченская длилась почти десять лет и была официально завершена в апреле 2009 года.
С войной покончили мы счеты
В конце марта президент Чечни Рамзан Кадыров заявил, что через несколько дней будет объявлено о завершении контртеррористической операции в Чечне, которая длилась с 1999 года. Это означало и прирост его политического капитала, и вывод значительной части федеральных войск из республики, и уменьшение контроля Москвы над денежными потоками. Однако старшие товарищи поправили Кадырова, пояснив, что не все так просто. После раздумий и согласований было принято политическое решение считать Вторую чеченскую оконченной.
Количество боевиков на Северном Кавказе с тех пор не сильно изменилось. Силовые структуры оценивают их число в несколько сотен. В то же время Кадыров придерживается цифры в 70 человек. Но это касается только подвластной ему территории. При этом по итогам 2009 года директор ФСБ и руководитель Национального антитеррористического комитета Александр Бортников отчитался о поимке 782 боевиков. Похоже, самовоспроизводство членов НВФ сохраняется на стабильном уровне.
Главным жупелом остается самопровозглашенный эмир Кавказа Доку Умаров, которого по доброй традиции в этом году уничтожили несколько раз. А количество сообщений о его тяжелых ранениях достигает, по-видимому, десятка. Даже для читателей сводок информационных агентств не составляет труда локализовать его местоположение: это горно-лесная местность, или лесной массив, в районе административной границы Чечни и Ингушетии - район этот примерно равен по площади Москве.
Создается впечатление, что кроме Умарова на Кавказе и не осталось влиятельных полевых командиров. Во всяком случае, чуть ли не каждого уничтоженного боевика силовики именуют главарем вооруженных бандформирований. Казалось бы, при таком прессинге со стороны правоохранительных органов об осмысленной, пусть даже и партизанской войне не может быть и речи. Видимо, это понимают и сами боевики, поскольку главный их козырь теперь - это террор. Прежде всего в отношении представителей силовых структур и чиновников.
Мартиролог
Боестолкновения на Северном Кавказе происходят в любое время года, но активнее всего боевики ведут себя летом. В этом году традиция не изменилась, и самым кровавым месяцем оказался август. Вот краткий перечень наиболее резонансных терактов 2009 года в северокавказском регионе:
В июне в Махачкале снайпером убит глава МВД Дагестана Адильгерей Магомедтагиров.
В июне убита член Верховного суда Ингушетии Аза Газгиреева.
22 июня совершено покушение на президента Ингушетии Юнус-Бека Евкурова. Его автомобиль был взорван, когда глава республики ехал на работу. Погибли водитель и охранник, а тяжело раненного президента перевезли в Москву. В конце августа он уже вернулся на работу в республику.
В июле в Грозном похищена и убита сотрудница "Мемориала" Наталья Эстемирова.
В августе по Грозному проехали смертники на велосипедах - погибли четыре милиционера.
В августе произошел подрыв Назрановского ОВД - 20 погибших, до сотни раненых.
В августе за одну ночь в дагестанском Буйнакске были убиты сразу 11 человек - 4 милиционера и 7 женщин, отдыхавших в сауне.
В августе в ингушской столице Магасе убит министр строительства республики Руслан Амерханов.
В августе похищена и убита правозащитница Зарема Садулаева и ее муж, бывший боевик Алик Джабраилов. В СКП считают, что Джабраилову отомстили кровники, а Садулаева стала случайной жертвой.
Ямадаевы
Эхо кавказских событий неожиданно аукнулось в одном из престижных жилых комплексов на берегу Персидского залива в эмирате Дубаи. В марте там было совершено покушение на Героя России, бывшего командира спецбатальона "Восток" Сулима Ямадаева. На подземной автостоянке убийцы выпустили в него несколько пуль, после чего он был доставлен в больницу.
О дальнейшей судьбе Ямадаева поступали противоречивые сведения. Дубайская полиция утверждала, что он скончался и был похоронен в безымянной могиле на местном кладбище. Его брат Иса Ямадаев, наоборот, уверяет, что Сулим получил тяжелые ранения, но остался жив и что его местонахождение скрывается, чтобы предотвратить повторное покушение.
По подозрению в причастности к инциденту с Ямадаевым в Дубаи были задержаны иранец Махди Лорния, которого именуют конюхом Рамзана Кадырова, и некий таджикский бизнесмен Махсуд-Джан Исматов. По версии дубайской полиции, депутат Госдумы РФ Адам Делимханов, считающийся близким к Кадырову политиком, заказал через Лорния убийство Сулима Ямадаева и передал конюху позолоченный пистолет, который затем якобы был найден рядом с местом покушения. Собственно преступление, как считает следствие, было исполнено тремя братьями-чеченцами Марваном, Салманом и Тирпалом Кимаевыми, а Лорния с Исматовым занимались слежкой за жертвой и передавали данные о передвижениях Ямадаева бригаде киллеров.
Кроме упомянутых лиц в международный розыск были объявлены еще трое подозреваемых. В их числе бывший боевик Элимпаша Хацуев, задержанный в Москве за причастность к убийству еще одного Ямадаева, Руслана. Следователи, на этот раз российские, полагают, что Хацуев находился за рулем машины, из которой стреляли в Руслана. Организатором этого преступления, совершенного в сентябре 2008 года в центре Москвы, назвали бывшего вице-мэра Грозного Гилани Шепиева, который, в свою очередь, также был убит.
Ису Ямадаева тоже не миновал семейный рок: его пытались убить в июле на квартире в подмосковном Одинцово. Покушавшийся был схвачен, как только он выхватил пистолет, и с тех пор об этом человеке ничего не было слышно. После этого какое-то время Иса не давал новых инфоповодов, пока в ноябре не обратился с прочувствованным посланием к президенту России Дмитрию Медведеву, которого он призвал "остановить этот безумный конвейер смерти".
Говорит и судится Кадыров
Безусловно, главным ньюсмейкером региона, как и все последние годы, остается Рамзан Кадыров. Он уже не позволяет себе публичные "распальцовки", а со своими обидчиками предпочитает разбираться в судах, причем не без выгоды. Так, ему удалось отсудить за диффамацию 100 тысяч рублей у "Новой газеты" и 70 тысяч у общества "Мемориал".
Гражданский иск еще на 10 миллионов рублей пока ждет рассмотрения. Ответчиком выступает глава "Мемориала" Олег Орлов, который обвинил президента Чечни в гибели Эстемировой. Орлову также грозит уголовное преследование по этому же поводу. Кроме того, у Кадырова в запасе есть еще один иск к "Новой газете".
Отстаивая свою честь в судах от московских недругов, президент Чечни и дома не забывает про публичную деятельность. Здесь Кадыров сменил тактику замирения с пряника на кнут, пообещав, что амнистий боевикам больше не будет.
Характерным примером здесь может послужить история переговоров с Ахмедом Закаевым, который хотя и остался не у дел, но все же частью заграничных чеченцев рассматривается как более-менее законный наследник властей виртуальной Ичкерии. Так, в начале года администрация Кадырова вступилась за Закаева перед ФСБ, обвинившей бывшего чеченского лидера в подготовке терактов. В Грозном сказали, что Закаев добрый, хороший и интеллигентный человек и уж точно теперь ни о каких злодействах не помышляет.
В начале июля Кадыров лично послал сигнал Закаеву: "осторожно, двери закрываются". Вслед за этим спикер чеченского парламента Дукваха Абдурахманов встретился в Осло с идеологом независимой Ичкерии. По слухам, были практически достигнуты договоренности о возвращении Закаева, но оставалось дождаться согласия Москвы, которого так и не последовало. В Кремле, видимо, еще не готовы простить бывшего премьера Ичкерии и снять с него обвинения в мятеже и организации незаконных вооруженных формирований.
В конце августа Верховный шариатский суд самопровозглашенного "эмирата Кавказ" (позиционирующего себя как преемника закаевской республики Ичкерия) заочно приговорил Закаева к смерти. А в конце октября Кадыров окончательно закрыл эмигранту дорогу назад, заявив, что больше не будет ждать его возвращения. Так и придется Закаеву теперь жить в Лондоне.
Постскриптум
Мысль о том, что Северный Кавказ негоже оставлять без присмотра возникла сразу же после отмены режима контртеррористической операции в Чечне. К 1 сентября планировалось создать единую структуру по поддержанию безопасности в регионе. Она должна была бы координировать действия всех силовиков в случае резкого обострения ситуации на уровне большем, чем отдельно взятые село или район. Однако формирование этой структуры притормозилось. Вероятно, силовики не смогли договориться, кто же будет за что отвечать и кто кому подчиняться.
Немаловажным фактором является не только военное, но и юридическое и экономическое сопровождение мер по поддержанию стабильности в регионе. Очевидно, что для спокойствия на Кавказе нужны не столько штыки (их количество, как показали прошедшие годы, совершенно не коррелирует с активностью боевиков), сколько деньги, желательно много денег. Однако в посткризисных условиях, когда правительство направляет все усилия на сохранение жизненного уровня и работоспособности электората, было бы неразумно на глазах у всех кидать деньги в Северный Кавказ, который в этом смысле та еще черная дыра - похлеще чем сельское хозяйство и автомобилестроение.
Дмитрий Медведев, выступая с ежегодным посланием к Федеральному собранию, потребовал от правительства назначить конкретного человека, который будет отвечать за самый взрывоопасный российский регион, и наделить этого счастливчика самыми широкими полномочиями. Сразу же возникли предположения, что эту должность предложат какому-нибудь весомому человеку из кавказской тусовки, который при этом будет максимально лоялен Москве. На эту должность, подумали многие, подошел бы влиятельный бизнесмен. Прозвучала фамилия Михаила Гуцериева, с которого недавно сняли заочный арест по делу о неуплате налогов, что дает ему возможность вернуться в Россию и спокойно ждать итогов расследования или его прекращения.
Но Северный Кавказ - это не тот регион, управление которым можно доверить просто исполняющему приказы центра чиновнику. Нужен самостоятельный политик, которого будут слушаться местные элиты. И поиски такого человека продолжаются. Непростые поиски.
Война без запаха
Федеральному центру позарез нужно спокойствие на Северном Кавказе. И потому, что сколько же можно. И потому, что надо готовиться к Олимпиаде, до которой остается четыре года. И потому, что с экономикой не все гладко и растет социальная напряженность. Никто не скрывает, что незамиренные боевики продолжают бегать по горам. Но вроде как это уже не война. Вторая чеченская длилась почти десять лет и была официально завершена в апреле 2009 года.
Федеральному центру позарез нужно спокойствие на Северном Кавказе. И потому, что сколько же можно. И потому, что надо готовиться к Олимпиаде, до которой остается четыре года. И потому, что с экономикой не все гладко и растет социальная напряженность. Никто не скрывает, что незамиренные боевики продолжают бегать по горам. Но вроде как это уже не война. Вторая чеченская длилась почти десять лет и была официально завершена в апреле 2009 года.
С войной покончили мы счеты
В конце марта президент Чечни Рамзан Кадыров заявил, что через несколько дней будет объявлено о завершении контртеррористической операции в Чечне, которая длилась с 1999 года. Это означало и прирост его политического капитала, и вывод значительной части федеральных войск из республики, и уменьшение контроля Москвы над денежными потоками. Однако старшие товарищи поправили Кадырова, пояснив, что не все так просто. После раздумий и согласований было принято политическое решение считать Вторую чеченскую оконченной.
Количество боевиков на Северном Кавказе с тех пор не сильно изменилось. Силовые структуры оценивают их число в несколько сотен. В то же время Кадыров придерживается цифры в 70 человек. Но это касается только подвластной ему территории. При этом по итогам 2009 года директор ФСБ и руководитель Национального антитеррористического комитета Александр Бортников отчитался о поимке 782 боевиков. Похоже, самовоспроизводство членов НВФ сохраняется на стабильном уровне.
Главным жупелом остается самопровозглашенный эмир Кавказа Доку Умаров, которого по доброй традиции в этом году уничтожили несколько раз. А количество сообщений о его тяжелых ранениях достигает, по-видимому, десятка. Даже для читателей сводок информационных агентств не составляет труда локализовать его местоположение: это горно-лесная местность, или лесной массив, в районе административной границы Чечни и Ингушетии - район этот примерно равен по площади Москве.
Создается впечатление, что кроме Умарова на Кавказе и не осталось влиятельных полевых командиров. Во всяком случае, чуть ли не каждого уничтоженного боевика силовики именуют главарем вооруженных бандформирований. Казалось бы, при таком прессинге со стороны правоохранительных органов об осмысленной, пусть даже и партизанской войне не может быть и речи. Видимо, это понимают и сами боевики, поскольку главный их козырь теперь - это террор. Прежде всего в отношении представителей силовых структур и чиновников.
Мартиролог
Боестолкновения на Северном Кавказе происходят в любое время года, но активнее всего боевики ведут себя летом. В этом году традиция не изменилась, и самым кровавым месяцем оказался август. Вот краткий перечень наиболее резонансных терактов 2009 года в северокавказском регионе:
В июне убита член Верховного суда Ингушетии Аза Газгиреева.
Ямадаевы
Эхо кавказских событий неожиданно аукнулось в одном из престижных жилых комплексов на берегу Персидского залива в эмирате Дубаи. В марте там было совершено покушение на Героя России, бывшего командира спецбатальона "Восток" Сулима Ямадаева. На подземной автостоянке убийцы выпустили в него несколько пуль, после чего он был доставлен в больницу.
О дальнейшей судьбе Ямадаева поступали противоречивые сведения. Дубайская полиция утверждала, что он скончался и был похоронен в безымянной могиле на местном кладбище. Его брат Иса Ямадаев, наоборот, уверяет, что Сулим получил тяжелые ранения, но остался жив и что его местонахождение скрывается, чтобы предотвратить повторное покушение.
По подозрению в причастности к инциденту с Ямадаевым в Дубаи были задержаны иранец Махди Лорния, которого именуют конюхом Рамзана Кадырова, и некий таджикский бизнесмен Махсуд-Джан Исматов. По версии дубайской полиции, депутат Госдумы РФ Адам Делимханов, считающийся близким к Кадырову политиком, заказал через Лорния убийство Сулима Ямадаева и передал конюху позолоченный пистолет, который затем якобы был найден рядом с местом покушения. Собственно преступление, как считает следствие, было исполнено тремя братьями-чеченцами Марваном, Салманом и Тирпалом Кимаевыми, а Лорния с Исматовым занимались слежкой за жертвой и передавали данные о передвижениях Ямадаева бригаде киллеров.
Кроме упомянутых лиц в международный розыск были объявлены еще трое подозреваемых. В их числе бывший боевик Элимпаша Хацуев, задержанный в Москве за причастность к убийству еще одного Ямадаева, Руслана. Следователи, на этот раз российские, полагают, что Хацуев находился за рулем машины, из которой стреляли в Руслана. Организатором этого преступления, совершенного в сентябре 2008 года в центре Москвы, назвали бывшего вице-мэра Грозного Гилани Шепиева, который, в свою очередь, также был убит.
Ису Ямадаева тоже не миновал семейный рок: его пытались убить в июле на квартире в подмосковном Одинцово. Покушавшийся был схвачен, как только он выхватил пистолет, и с тех пор об этом человеке ничего не было слышно. После этого какое-то время Иса не давал новых инфоповодов, пока в ноябре не обратился с прочувствованным посланием к президенту России Дмитрию Медведеву, которого он призвал "остановить этот безумный конвейер смерти".
Говорит и судится Кадыров
Безусловно, главным ньюсмейкером региона, как и все последние годы, остается Рамзан Кадыров. Он уже не позволяет себе публичные "распальцовки", а со своими обидчиками предпочитает разбираться в судах, причем не без выгоды. Так, ему удалось отсудить за диффамацию 100 тысяч рублей у "Новой газеты" и 70 тысяч у общества "Мемориал".
Гражданский иск еще на 10 миллионов рублей пока ждет рассмотрения. Ответчиком выступает глава "Мемориала" Олег Орлов, который обвинил президента Чечни в гибели Эстемировой. Орлову также грозит уголовное преследование по этому же поводу. Кроме того, у Кадырова в запасе есть еще один иск к "Новой газете".
Отстаивая свою честь в судах от московских недругов, президент Чечни и дома не забывает про публичную деятельность. Здесь Кадыров сменил тактику замирения с пряника на кнут, пообещав, что амнистий боевикам больше не будет.
Характерным примером здесь может послужить история переговоров с Ахмедом Закаевым, который хотя и остался не у дел, но все же частью заграничных чеченцев рассматривается как более-менее законный наследник властей виртуальной Ичкерии. Так, в начале года администрация Кадырова вступилась за Закаева перед ФСБ, обвинившей бывшего чеченского лидера в подготовке терактов. В Грозном сказали, что Закаев добрый, хороший и интеллигентный человек и уж точно теперь ни о каких злодействах не помышляет.
В начале июля Кадыров лично послал сигнал Закаеву: "осторожно, двери закрываются". Вслед за этим спикер чеченского парламента Дукваха Абдурахманов встретился в Осло с идеологом независимой Ичкерии. По слухам, были практически достигнуты договоренности о возвращении Закаева, но оставалось дождаться согласия Москвы, которого так и не последовало. В Кремле, видимо, еще не готовы простить бывшего премьера Ичкерии и снять с него обвинения в мятеже и организации незаконных вооруженных формирований.
В конце августа Верховный шариатский суд самопровозглашенного "эмирата Кавказ" (позиционирующего себя как преемника закаевской республики Ичкерия) заочно приговорил Закаева к смерти. А в конце октября Кадыров окончательно закрыл эмигранту дорогу назад, заявив, что больше не будет ждать его возвращения. Так и придется Закаеву теперь жить в Лондоне.
Постскриптум
Мысль о том, что Северный Кавказ негоже оставлять без присмотра возникла сразу же после отмены режима контртеррористической операции в Чечне. К 1 сентября планировалось создать единую структуру по поддержанию безопасности в регионе. Она должна была бы координировать действия всех силовиков в случае резкого обострения ситуации на уровне большем, чем отдельно взятые село или район. Однако формирование этой структуры притормозилось. Вероятно, силовики не смогли договориться, кто же будет за что отвечать и кто кому подчиняться.
Немаловажным фактором является не только военное, но и юридическое и экономическое сопровождение мер по поддержанию стабильности в регионе. Очевидно, что для спокойствия на Кавказе нужны не столько штыки (их количество, как показали прошедшие годы, совершенно не коррелирует с активностью боевиков), сколько деньги, желательно много денег. Однако в посткризисных условиях, когда правительство направляет все усилия на сохранение жизненного уровня и работоспособности электората, было бы неразумно на глазах у всех кидать деньги в Северный Кавказ, который в этом смысле та еще черная дыра - похлеще чем сельское хозяйство и автомобилестроение.
Дмитрий Медведев, выступая с ежегодным посланием к Федеральному собранию, потребовал от правительства назначить конкретного человека, который будет отвечать за самый взрывоопасный российский регион, и наделить этого счастливчика самыми широкими полномочиями. Сразу же возникли предположения, что эту должность предложат какому-нибудь весомому человеку из кавказской тусовки, который при этом будет максимально лоялен Москве. На эту должность, подумали многие, подошел бы влиятельный бизнесмен. Прозвучала фамилия Михаила Гуцериева, с которого недавно сняли заочный арест по делу о неуплате налогов, что дает ему возможность вернуться в Россию и спокойно ждать итогов расследования или его прекращения.
Но Северный Кавказ - это не тот регион, управление которым можно доверить просто исполняющему приказы центра чиновнику. Нужен самостоятельный политик, которого будут слушаться местные элиты. И поиски такого человека продолжаются. Непростые поиски.