Практически одновременно западные СМИ опубликовали интервью с двумя российскими руководителями: действующим президентом России и первым и единственным президентом СССР. С Михаилом Горбачевым побеседовала Русская служба BBC News, а с Дмитрием Медведевым - телекомпания CNN. Как выяснилось, точки зрения политических деятелей, которых так любят сравнивать на Западе, действительно во многом совпадают. Особенно в том, что касается будущего России.
Практически одновременно западные СМИ опубликовали интервью с двумя российскими руководителями: действующим президентом России и первым и единственным президентом СССР. С Михаилом Горбачевым побеседовала Русская служба BBC News, а с Дмитрием Медведевым - телекомпания CNN, которую представлял известный политолог и главред журнала Newsweek Фарид Закария. Как выяснилось, точки зрения политических деятелей, которых так любят сравнивать на Западе, действительно во многом совпадают. Особенно в том, что касается будущего России.
Новый Горбачев
Михаил Горбачев, бывший некогда очень популярным на Западе, сохранил образ первого "несоветского" российского руководителя. Даже уйдя с политической арены, он повел себя как бывший президент США или европейского государства - занялся благотворительностью, социальными и экологическими вопросами. Дмитрия Медведева западные журналисты одно время называли "новым Горбачевым", "Горбачевым сегодня" или даже "Горбачевым для Обамы". Иногда после этих сравнений ставился вопросительный знак, иногда восклицательный - в зависимости от позиции издания.
Потом сравнения утихли - оказалось, что Дмитрий Медведев не намерен делать шаги, которых от него ждали те, кто надеялся на "новую перестройку". Правда, в апреле президент дал интервью "Новой газете" - не просто наиболее критически настроенному по отношению к Кремлю изданию, но еще и СМИ, совладельцем которого является именно Михаил Горбачев. Однако и это интервью не оправдало надежд тех, кто ожидал сенсации - Медведев не пообещал отпустить Михаила Ходорковского или найти настоящих убийц Анны Политковской.
Впрочем, сам Медведев в свежем интервью телеканалу CNN ясно дал понять, что не ставит перед собой цели соответствовать западным представлениям о либеральном президенте-реформаторе, и заодно поставил точку в вопросе о своих взаимоотношениях с Владимиром Путиным. "Если доказательством полномочий президента является его желание тасовать правительство, как это делали некоторые мои коллеги в 90-е годы, когда правительство менялось каждые полгода, если это признак полновластности и демократии, то это не мой выбор", - сказал Дмитрий Медведев. Отвечая на неоднократно звучавший уже вопрос о том, кто кому приходится начальником - Медведев Путину или Путин Медведеву, Дмитрий Анатольевич повел себя как юрист, сменив формулировку с "Медведев - Путин" на "президент - премьер" и напомнив, что, несмотря на "сильное правительство", никто "даже пальцем не пошевелит", если президент не подписал соответствующий документ.
Михаил Горбачев пока не спешит давать оценку действиям Медведева. Говоря о достижениях России, он упоминает лишь успехи Путина. Впрочем, этому есть объяснение: восемь лет президентства Путина - срок гораздо более показательный, чем полтора года Медведева. Тем не менее бывший президент СССР поддерживает курс нынешнего главы государства на модернизацию и инновации.
Perestroika и glasnost
И Медведев, и Горбачев признают, что Россия не смогла правильно воспользоваться возможностями, которые предоставлял руководству страны экономически благоприятный период. "Все совершали ошибки, никто от них не застрахован, и в этом десятилетии они, конечно, были. Я уверен, что мы могли лучше подготовиться к кризису, что мы лучше могли укрепить нашу финансовую систему, провести модернизацию ряда предприятий, а увлеклись другими вещами", - говорит Медведев. "Мы не сумели распорядиться тем, чтобы решить главный вопрос – не делать ставку только на сырьевые отрасли, а провести модернизацию и выйти на новые технологии. Упустили время", - вторит ему Горбачев.
Согласны бывший и нынешний президент и в том, что многое еще предстоит сделать во внутриполитической сфере. "У нас пока многие демократические институты существуют только на бумаге", - утверждает Медведев. "Номенклатура не торопится внедрять демократические процедуры и институты", - подтверждает Горбачев. По мнению бывшего президента СССР, именно это ограничивает свободу российских средств массовой информации. Дмитрий Медведев не столь категоричен и считает, что, хотя в регионах и бывают ситуации, когда чиновники пытаются оказывать давление на критикующих их работу журналистов, в целом для российских СМИ, особенно электронных, закрытых тем нет. Более того, Медведев призвал прессу "ощущать свое достоинство" и "уметь защищаться". А будут ли эти слова восприняты в качестве своеобразного "сигнала", станет ясно позже.
В чем действительно не совпадают позиции бывшего и нынешнего российских лидеров, так это в их оценке "Единой России" как партии власти. Если Михаил Горбачев называет "ЕдРо" "плохой копией КПСС" и призывает идти "по пути демократических перемен", то Дмитрий Медведев считает, что нынешняя партийная система и система наделения губернаторов полномочиями являются более демократическими, нежели те, что функционировали в 1990-е годы. По мнению президента, сейчас интересы населения защищены лучше, а механизмы власти стали устойчивее.
По-разному бывший и нынешний главы государства говорят и о ближайшей "контрольной точке" - президентских выборах 2012 года. Их высказывания фактически звучат как заочная полемика. Михаил Горбачев считает, что озвученный Путиным план "сядем и договоримся" не учитывает мнение народа. Дмитрий Медведев, напротив, уверен, что дело не только в том, чтобы "предложить себя народу" - "Единая Россия", по его словам, должна выдвинуть кандидата, который сможет победить. А потому, опять же, - "договоримся".
Взгляд на Запад
Естественно, оба интервью не обошлись без вопросов о международных отношениях. Медведева, как действующего главу государства, спросили и о стремлении Украины и Грузии в НАТО, и о войне в Афганистане, и о ядерной программе Ирана. Вопрос отношений России и Запада в этом контексте делился на много конкретных вопросов, по каждому из которых действующим политическим лидерам предстоит искать общие решения. Обсуждение отношений с Западом с Михаилом Горбачевым носило совсем другой характер - бывший глава государства рассматривает эти взаимоотношения на отрезке по меньшей мере в четверть века: Горбачев был "у руля", когда Медведев еще только учился в аспирантуре.
Михаил Горбачев не скрывает своего разочарования в западных партнерах. По его мнению, они хотели, "чтобы Россия подольше пребывала в полупридушенном состоянии". "Они и сейчас от этого не освободились", - констатирует Горбачев. Двумя неделями ранее он еще яснее выразил эту мысль в интервью The Times: "Россию нельзя поставить на колени и удержать, потому что Россия все равно выпрямится. Такое отношение Запада к России в девяностые годы поменяло отношение многих россиян к Западу". При этом Михаил Горбачев уверен, что то, что современным западным лидерам порой кажется "резкостью", на самом деле является "нормальным голосом" России. Бывшего президента СССР расстраивает только то, что Россия реагирует на все попытки провокации, а это сказывается на международных отношениях не лучшим образом.
Медведев соглашается с тезисом Фарида Закарии, что России нужны хорошие отношения с Западом. Но добавляет: а еще Западу не меньше нужны хорошие отношения с Россией. А еще России нужны хорошие отношения с другими частями многополярного мира. В таком контексте взаимоотношения с западными странами становятся лишь одной из многих первоочередных внешнеполитических задач России, а не главной и единственной. Судя по всему, такая точка зрения могла бы вызвать одобрение Горбачева.
Дмитрий Медведев также не испытывает иллюзий по поводу интересов Запада. В частности, расширение НАТО он практически открытым текстом называет угрозой: "НАТО – это все-таки военный блок и его ракеты направлены в российскую сторону". Этим и объясняется сопротивление России дальнейшему расширению альянса на восток. Горбачев говорит не о перспективе, а об истории расширения НАТО, но в его голосе звучат те же нотки. В частности, он считает так называемое "шестое расширение" альянса, во время которого в союз вступила Польша, следствием ошибки Бориса Ельцина, самоустранившегося от обсуждения этого вопроса.
Первый и третий
Михаил Горбачев и Дмитрий Медведев, конечно, очень разные политики. Но примечательно, что Медведев - первый руководитель независимой России, про которого в принципе можно сказать, что он в чем-то похож на бывшего президента СССР. Недаром в западных СМИ так настойчиво одно время звучала эта мысль. Сближать и сравнивать Горбачева с Ельциным или с Путиным никому в голову не приходило.
Очевидно, дело здесь даже не в том, что риторика Медведева похожа на риторику Горбачева. Ельцину тоже в свое время доводилось публично говорить о том, что Россия - великая страна и всему миру необходимо с ней считаться. Путин, будучи президентом, также нередко рассуждал о необходимости развивать в России демократические институты. Но все, слушая этих президентов, понимали, где дежурные политические заявления, а где истинное положение дел.
В случае с Медведевым, как в свое время и с Горбачевым, ситуация не столь очевидна. Никто не подозревает в нем профессионального реформатора или архитектора новой перестройки. Дмитрий Медведев - такой же выходец из недр администрации президента Путина, каким выходцем из Политбюро ЦК КПСС был в свое время Горбачев. И все же Горбачеву удалось невозможное - сдвинуть с места политическую систему, которая казалась незыблемой. Отчасти именно потому, что он, оказавшись руководителем СССР, действительно захотел реальных перемен, пусть и не таких, которые в конце концов произошли.
Вот, пожалуй, этим и напоминает Горбачева нынешний российский президент. Похоже, ему тоже хочется реальных перемен. И он тоже сейчас у руля государства. А значит, он готов не только формулировать новые идеи, но и пытаться претворить их в жизнь. Остается лишь пожелать, чтобы результаты его работы на посту третьего президента России не оказались столь же исторически-масштабными, как у первого и последнего президента СССР.
Два президента
Практически одновременно западные СМИ опубликовали интервью с двумя российскими руководителями: действующим президентом России и первым и единственным президентом СССР. С Михаилом Горбачевым побеседовала Русская служба BBC News, а с Дмитрием Медведевым - телекомпания CNN. Как выяснилось, точки зрения политических деятелей, которых так любят сравнивать на Западе, действительно во многом совпадают. Особенно в том, что касается будущего России.
Практически одновременно западные СМИ опубликовали интервью с двумя российскими руководителями: действующим президентом России и первым и единственным президентом СССР. С Михаилом Горбачевым побеседовала Русская служба BBC News, а с Дмитрием Медведевым - телекомпания CNN, которую представлял известный политолог и главред журнала Newsweek Фарид Закария. Как выяснилось, точки зрения политических деятелей, которых так любят сравнивать на Западе, действительно во многом совпадают. Особенно в том, что касается будущего России.
Новый Горбачев
Михаил Горбачев, бывший некогда очень популярным на Западе, сохранил образ первого "несоветского" российского руководителя. Даже уйдя с политической арены, он повел себя как бывший президент США или европейского государства - занялся благотворительностью, социальными и экологическими вопросами. Дмитрия Медведева западные журналисты одно время называли "новым Горбачевым", "Горбачевым сегодня" или даже "Горбачевым для Обамы". Иногда после этих сравнений ставился вопросительный знак, иногда восклицательный - в зависимости от позиции издания.
Потом сравнения утихли - оказалось, что Дмитрий Медведев не намерен делать шаги, которых от него ждали те, кто надеялся на "новую перестройку". Правда, в апреле президент дал интервью "Новой газете" - не просто наиболее критически настроенному по отношению к Кремлю изданию, но еще и СМИ, совладельцем которого является именно Михаил Горбачев. Однако и это интервью не оправдало надежд тех, кто ожидал сенсации - Медведев не пообещал отпустить Михаила Ходорковского или найти настоящих убийц Анны Политковской.
Впрочем, сам Медведев в свежем интервью телеканалу CNN ясно дал понять, что не ставит перед собой цели соответствовать западным представлениям о либеральном президенте-реформаторе, и заодно поставил точку в вопросе о своих взаимоотношениях с Владимиром Путиным. "Если доказательством полномочий президента является его желание тасовать правительство, как это делали некоторые мои коллеги в 90-е годы, когда правительство менялось каждые полгода, если это признак полновластности и демократии, то это не мой выбор", - сказал Дмитрий Медведев. Отвечая на неоднократно звучавший уже вопрос о том, кто кому приходится начальником - Медведев Путину или Путин Медведеву, Дмитрий Анатольевич повел себя как юрист, сменив формулировку с "Медведев - Путин" на "президент - премьер" и напомнив, что, несмотря на "сильное правительство", никто "даже пальцем не пошевелит", если президент не подписал соответствующий документ.
Михаил Горбачев пока не спешит давать оценку действиям Медведева. Говоря о достижениях России, он упоминает лишь успехи Путина. Впрочем, этому есть объяснение: восемь лет президентства Путина - срок гораздо более показательный, чем полтора года Медведева. Тем не менее бывший президент СССР поддерживает курс нынешнего главы государства на модернизацию и инновации.
Perestroika и glasnost
И Медведев, и Горбачев признают, что Россия не смогла правильно воспользоваться возможностями, которые предоставлял руководству страны экономически благоприятный период. "Все совершали ошибки, никто от них не застрахован, и в этом десятилетии они, конечно, были. Я уверен, что мы могли лучше подготовиться к кризису, что мы лучше могли укрепить нашу финансовую систему, провести модернизацию ряда предприятий, а увлеклись другими вещами", - говорит Медведев. "Мы не сумели распорядиться тем, чтобы решить главный вопрос – не делать ставку только на сырьевые отрасли, а провести модернизацию и выйти на новые технологии. Упустили время", - вторит ему Горбачев.
Согласны бывший и нынешний президент и в том, что многое еще предстоит сделать во внутриполитической сфере. "У нас пока многие демократические институты существуют только на бумаге", - утверждает Медведев. "Номенклатура не торопится внедрять демократические процедуры и институты", - подтверждает Горбачев. По мнению бывшего президента СССР, именно это ограничивает свободу российских средств массовой информации. Дмитрий Медведев не столь категоричен и считает, что, хотя в регионах и бывают ситуации, когда чиновники пытаются оказывать давление на критикующих их работу журналистов, в целом для российских СМИ, особенно электронных, закрытых тем нет. Более того, Медведев призвал прессу "ощущать свое достоинство" и "уметь защищаться". А будут ли эти слова восприняты в качестве своеобразного "сигнала", станет ясно позже.
В чем действительно не совпадают позиции бывшего и нынешнего российских лидеров, так это в их оценке "Единой России" как партии власти. Если Михаил Горбачев называет "ЕдРо" "плохой копией КПСС" и призывает идти "по пути демократических перемен", то Дмитрий Медведев считает, что нынешняя партийная система и система наделения губернаторов полномочиями являются более демократическими, нежели те, что функционировали в 1990-е годы. По мнению президента, сейчас интересы населения защищены лучше, а механизмы власти стали устойчивее.
По-разному бывший и нынешний главы государства говорят и о ближайшей "контрольной точке" - президентских выборах 2012 года. Их высказывания фактически звучат как заочная полемика. Михаил Горбачев считает, что озвученный Путиным план "сядем и договоримся" не учитывает мнение народа. Дмитрий Медведев, напротив, уверен, что дело не только в том, чтобы "предложить себя народу" - "Единая Россия", по его словам, должна выдвинуть кандидата, который сможет победить. А потому, опять же, - "договоримся".
Взгляд на Запад
Естественно, оба интервью не обошлись без вопросов о международных отношениях. Медведева, как действующего главу государства, спросили и о стремлении Украины и Грузии в НАТО, и о войне в Афганистане, и о ядерной программе Ирана. Вопрос отношений России и Запада в этом контексте делился на много конкретных вопросов, по каждому из которых действующим политическим лидерам предстоит искать общие решения. Обсуждение отношений с Западом с Михаилом Горбачевым носило совсем другой характер - бывший глава государства рассматривает эти взаимоотношения на отрезке по меньшей мере в четверть века: Горбачев был "у руля", когда Медведев еще только учился в аспирантуре.
Михаил Горбачев не скрывает своего разочарования в западных партнерах. По его мнению, они хотели, "чтобы Россия подольше пребывала в полупридушенном состоянии". "Они и сейчас от этого не освободились", - констатирует Горбачев. Двумя неделями ранее он еще яснее выразил эту мысль в интервью The Times: "Россию нельзя поставить на колени и удержать, потому что Россия все равно выпрямится. Такое отношение Запада к России в девяностые годы поменяло отношение многих россиян к Западу". При этом Михаил Горбачев уверен, что то, что современным западным лидерам порой кажется "резкостью", на самом деле является "нормальным голосом" России. Бывшего президента СССР расстраивает только то, что Россия реагирует на все попытки провокации, а это сказывается на международных отношениях не лучшим образом.
Медведев соглашается с тезисом Фарида Закарии, что России нужны хорошие отношения с Западом. Но добавляет: а еще Западу не меньше нужны хорошие отношения с Россией. А еще России нужны хорошие отношения с другими частями многополярного мира. В таком контексте взаимоотношения с западными странами становятся лишь одной из многих первоочередных внешнеполитических задач России, а не главной и единственной. Судя по всему, такая точка зрения могла бы вызвать одобрение Горбачева.
Дмитрий Медведев также не испытывает иллюзий по поводу интересов Запада. В частности, расширение НАТО он практически открытым текстом называет угрозой: "НАТО – это все-таки военный блок и его ракеты направлены в российскую сторону". Этим и объясняется сопротивление России дальнейшему расширению альянса на восток. Горбачев говорит не о перспективе, а об истории расширения НАТО, но в его голосе звучат те же нотки. В частности, он считает так называемое "шестое расширение" альянса, во время которого в союз вступила Польша, следствием ошибки Бориса Ельцина, самоустранившегося от обсуждения этого вопроса.
Первый и третий
Михаил Горбачев и Дмитрий Медведев, конечно, очень разные политики. Но примечательно, что Медведев - первый руководитель независимой России, про которого в принципе можно сказать, что он в чем-то похож на бывшего президента СССР. Недаром в западных СМИ так настойчиво одно время звучала эта мысль. Сближать и сравнивать Горбачева с Ельциным или с Путиным никому в голову не приходило.
Очевидно, дело здесь даже не в том, что риторика Медведева похожа на риторику Горбачева. Ельцину тоже в свое время доводилось публично говорить о том, что Россия - великая страна и всему миру необходимо с ней считаться. Путин, будучи президентом, также нередко рассуждал о необходимости развивать в России демократические институты. Но все, слушая этих президентов, понимали, где дежурные политические заявления, а где истинное положение дел.
В случае с Медведевым, как в свое время и с Горбачевым, ситуация не столь очевидна. Никто не подозревает в нем профессионального реформатора или архитектора новой перестройки. Дмитрий Медведев - такой же выходец из недр администрации президента Путина, каким выходцем из Политбюро ЦК КПСС был в свое время Горбачев. И все же Горбачеву удалось невозможное - сдвинуть с места политическую систему, которая казалась незыблемой. Отчасти именно потому, что он, оказавшись руководителем СССР, действительно захотел реальных перемен, пусть и не таких, которые в конце концов произошли.
Вот, пожалуй, этим и напоминает Горбачева нынешний российский президент. Похоже, ему тоже хочется реальных перемен. И он тоже сейчас у руля государства. А значит, он готов не только формулировать новые идеи, но и пытаться претворить их в жизнь. Остается лишь пожелать, чтобы результаты его работы на посту третьего президента России не оказались столь же исторически-масштабными, как у первого и последнего президента СССР.