"Молочная война" между Россией и Белоруссией закончилась так же стремительно, как и началась. "Малако" (так зовется этот продукт по-белорусски) все-таки на российских прилавках будет. Для этого, правда, белорусам придется пожертвовать частью производства сухого молока, зато экспорт сыра и творога увеличится.
"Молочная война" между Россией и Белоруссией закончилась так же стремительно, как и началась. "Малако" (так зовется этот продукт по-белорусски) все-таки на российских прилавках будет. Для этого, правда, белорусам придется пожертвовать частью производства сухого молока, зато экспорт сыра и творога увеличится.
За последний месяц российско-белорусские отношения прошли множество стадий: если еще неделю назад казалось, что Россия утратила влияние на своего едва ли не единственного надежного союзника на постсоветском пространстве, то сейчас стороны снова спешат делать друг другу комплименты.
Одним из следствий ухудшения отношений в конце мая – начале июня стала "молочная война": Роспотребнадзор решился запретить сначала часть, а потом и почти всю молочную продукцию из Белоруссии, воспользовавшись изменением техрегламента на молоко и необходимостью переоформления товаров.
Какие именно продукты из молока были запрещены, так и не стало понятно. Сначала появилась информация о 500 наименованиях, потом о 600, а потом вдруг выяснилось, что запрещенные товары вообще не импортируются Россией. Кроме того, белорусские производители в начале июня отмечали, что ввозят свое молоко в Россию в прежнем режиме.
Чтобы положить конец всем недомолвкам, глава Роспотребнадзора и главный врач России Геннадий Онищенко 9 июня заявил, что "на данный момент практически вся молочная продукция белорусская запрещена для ввоза в Россию". Какие именно товары оказались под запретом, Онищенко не уточнил, но это и не важно: почти все – значит, почти все.
В течение последних дней обе стороны просили не искать политики в "молочной войне" – об этом заявлял как министр иностранных дел России Сергей Лавров, так и его белорусский коллега Сергей Мартынов. Кроме того, посол России в Белоруссии Александр Суриков даже попытался уверить журналистов, что действия Роспотребнадзора вызваны исключительно заботой о российских потребителях.
Впрочем, у СМИ не связывать действия Роспотребнадзора с охлаждением российско-белорусских отношений все равно не получалось: слишком уж часто Роспотребнадзор объявляет о запрете на импорт того или иного продукта во время политических кризисов.
С другой стороны, помимо политического аспекта у "молочной войны" есть еще и экономический: по словам российских аграриев, Белоруссия неприкрыто демпингует на рынке, что создает дополнительные сложности российским крестьянам. В условиях кризиса эти сложности им совсем ни к чему, поэтому власти могли воспользоваться охлаждением отношений для защиты собственных производителей. Судя по тому, что белорусское молоко все же возвращается на российский рынок, российским аграриям удалось пролоббировать атаку на белорусских молочников лишь отчасти.
Путин как молочник
Еще одним аргументом в пользу политической версии конфликта является то, что "молочная война" закончилась после вмешательства премьер-министра Владимира Путина и без участия Геннадия Онищенко. Кроме того, взаимная любовь России и Белоруссии вновь возникла только после достижения договоренностей по Таможенному союзу.
9 июня Россия, Казахстан и Белоруссия окончательно договорились, что будут строить Таможенный союз, который начнет работать уже в 2010 году. Кроме того, все три страны отказались поодиночке входить в ВТО, решив подать совместную заявку. Что из этого выйдет – неизвестно, но жест трех государств был действительно сильным: фактически они объявили о новом (точнее новом старом) экономическом блоке, который при каждом удобном случае будет восприниматься в Европе как оппозиционный и изоляционистский.
Сразу после конференции в Москве, на которой и были приняты решения по Таможенному союзу и ВТО, стало понятно, что отношения между Белоруссией и Москвой налаживаются. Уже 10 июня Александр Лукашенко, в начале июня то и дело распекавший своих чиновников за слишком мягкое отношение к России, похвалил местного премьер-министра Сергея Сидорского за работу, проделанную в Москве, а также восхитился перспективами Таможенного союза.
Так что в "молочной войне" оставалось ждать только финального аккорда: возобновления поставок в Россию. Аккорд этот пока не прозвучал, однако 11 июня Владимир Путин на заседании правительства заявил, что конфликт исчерпан. По словам премьера, белорусская делегация согласилась снизить завоз сухого молока взамен на увеличение поставок творога и сыра – то есть тех продуктов, которые российские молочники пока освоили недостаточно хорошо.
При этом, как пишет газета "Коммерсант", Путин выразил надежду, что "в сфере таможенного регулирования, фитосанитарного контроля никаких избыточных мер предприниматься не будет". Эти слова воспринимаются как прямое указание Геннадию Онищенко, который, хоть и известен своей непримиримостью по отношению к разного рода заграничным товарам от грузинского вина до латвийских шпрот, ослушаться Путина вряд ли сможет.
Впрочем, перерегистрацию по новому техрегламенту молоко из Белоруссии все равно должно пройти, так что на возобновление поставок уйдет какое-то время. Однако после заявления Владимира Путина белорусские молочники могут вздохнуть поспокойнее: крупнейший рынок сбыта для них по-прежнему будет открыт. Иными словами, выливать молоко, чем стращал белорусов накануне "молочной войны" Александр Лукашенко, не придется.
Малако будет
"Молочная война" между Россией и Белоруссией закончилась так же стремительно, как и началась. "Малако" (так зовется этот продукт по-белорусски) все-таки на российских прилавках будет. Для этого, правда, белорусам придется пожертвовать частью производства сухого молока, зато экспорт сыра и творога увеличится.
"Молочная война" между Россией и Белоруссией закончилась так же стремительно, как и началась. "Малако" (так зовется этот продукт по-белорусски) все-таки на российских прилавках будет. Для этого, правда, белорусам придется пожертвовать частью производства сухого молока, зато экспорт сыра и творога увеличится.
За последний месяц российско-белорусские отношения прошли множество стадий: если еще неделю назад казалось, что Россия утратила влияние на своего едва ли не единственного надежного союзника на постсоветском пространстве, то сейчас стороны снова спешат делать друг другу комплименты.
Одним из следствий ухудшения отношений в конце мая – начале июня стала "молочная война": Роспотребнадзор решился запретить сначала часть, а потом и почти всю молочную продукцию из Белоруссии, воспользовавшись изменением техрегламента на молоко и необходимостью переоформления товаров.
Какие именно продукты из молока были запрещены, так и не стало понятно. Сначала появилась информация о 500 наименованиях, потом о 600, а потом вдруг выяснилось, что запрещенные товары вообще не импортируются Россией. Кроме того, белорусские производители в начале июня отмечали, что ввозят свое молоко в Россию в прежнем режиме.
Чтобы положить конец всем недомолвкам, глава Роспотребнадзора и главный врач России Геннадий Онищенко 9 июня заявил, что "на данный момент практически вся молочная продукция белорусская запрещена для ввоза в Россию". Какие именно товары оказались под запретом, Онищенко не уточнил, но это и не важно: почти все – значит, почти все.
В течение последних дней обе стороны просили не искать политики в "молочной войне" – об этом заявлял как министр иностранных дел России Сергей Лавров, так и его белорусский коллега Сергей Мартынов. Кроме того, посол России в Белоруссии Александр Суриков даже попытался уверить журналистов, что действия Роспотребнадзора вызваны исключительно заботой о российских потребителях.
Впрочем, у СМИ не связывать действия Роспотребнадзора с охлаждением российско-белорусских отношений все равно не получалось: слишком уж часто Роспотребнадзор объявляет о запрете на импорт того или иного продукта во время политических кризисов.
С другой стороны, помимо политического аспекта у "молочной войны" есть еще и экономический: по словам российских аграриев, Белоруссия неприкрыто демпингует на рынке, что создает дополнительные сложности российским крестьянам. В условиях кризиса эти сложности им совсем ни к чему, поэтому власти могли воспользоваться охлаждением отношений для защиты собственных производителей. Судя по тому, что белорусское молоко все же возвращается на российский рынок, российским аграриям удалось пролоббировать атаку на белорусских молочников лишь отчасти.
Путин как молочник
Еще одним аргументом в пользу политической версии конфликта является то, что "молочная война" закончилась после вмешательства премьер-министра Владимира Путина и без участия Геннадия Онищенко. Кроме того, взаимная любовь России и Белоруссии вновь возникла только после достижения договоренностей по Таможенному союзу.
9 июня Россия, Казахстан и Белоруссия окончательно договорились, что будут строить Таможенный союз, который начнет работать уже в 2010 году. Кроме того, все три страны отказались поодиночке входить в ВТО, решив подать совместную заявку. Что из этого выйдет – неизвестно, но жест трех государств был действительно сильным: фактически они объявили о новом (точнее новом старом) экономическом блоке, который при каждом удобном случае будет восприниматься в Европе как оппозиционный и изоляционистский.
Сразу после конференции в Москве, на которой и были приняты решения по Таможенному союзу и ВТО, стало понятно, что отношения между Белоруссией и Москвой налаживаются. Уже 10 июня Александр Лукашенко, в начале июня то и дело распекавший своих чиновников за слишком мягкое отношение к России, похвалил местного премьер-министра Сергея Сидорского за работу, проделанную в Москве, а также восхитился перспективами Таможенного союза.
Так что в "молочной войне" оставалось ждать только финального аккорда: возобновления поставок в Россию. Аккорд этот пока не прозвучал, однако 11 июня Владимир Путин на заседании правительства заявил, что конфликт исчерпан. По словам премьера, белорусская делегация согласилась снизить завоз сухого молока взамен на увеличение поставок творога и сыра – то есть тех продуктов, которые российские молочники пока освоили недостаточно хорошо.
При этом, как пишет газета "Коммерсант", Путин выразил надежду, что "в сфере таможенного регулирования, фитосанитарного контроля никаких избыточных мер предприниматься не будет". Эти слова воспринимаются как прямое указание Геннадию Онищенко, который, хоть и известен своей непримиримостью по отношению к разного рода заграничным товарам от грузинского вина до латвийских шпрот, ослушаться Путина вряд ли сможет.
Впрочем, перерегистрацию по новому техрегламенту молоко из Белоруссии все равно должно пройти, так что на возобновление поставок уйдет какое-то время. Однако после заявления Владимира Путина белорусские молочники могут вздохнуть поспокойнее: крупнейший рынок сбыта для них по-прежнему будет открыт. Иными словами, выливать молоко, чем стращал белорусов накануне "молочной войны" Александр Лукашенко, не придется.