Леклезио, живущий между Нью-Мексико, Маврикием и Ниццей, говорит, что его настоящая родина - не столько Франция, сколько французский язык. Первый успех к писателю пришел, когда ему было 23. Ко времени получения Нобелевской премии он успел защитить докторскую диссертацию, объездить полмира и написать около 40 книг.
68-летний Жан-Мари Гюстав Леклезио стал четырнадцатым французским писателем, получившим Нобелевскую премию по литературе. Среди его предшественников были Андре Жид и Жан-Поль Сартр, Франсуа Мориак и Анатоль Франс, Ромен Роллан и Анри Бергсон. Проза Леклезио до известной степени включает в себя те качества, которые отличали его старших товарищей: преемственность по отношению к классической французской литературе и поиск новых пространств для языка, интерес к социальной драме и философии. Много путешествующий и много пишущий на колониальные и постколониальные темы, Леклезио называет себя "так и не определившимся руссоистом".
Жан-Мари Гюстав Леклезио родился в апреле 1940 года в Ницце в семье военного врача. Родители будущего писателя происходили из старых колониальных семей, в XVIII веке осевших на острове Маврикий. Отец Леклезио был военным врачом, причем британским, и в годы Второй мировой войны служил в Нигерии. В Африку его семья приехала только в 1948 году, и Жан-Мари говорил потом, что встреча с почти незнакомым ему отцом оказалась одним из самых важных событий в его жизни. В 1991 году он опубликовал полуавтобиографический роман "Onitsha" ("Онитша", по названию города в Нигерии, где живет отец героя), в котором во многом повторены обстоятельства детства автора, в том числе, его раннее увлечение литературой, далекие путешествия, разделенная семья.
Жан-Мари Гюстав Леклезио вырос в доме, где всегда говорили на двух языках - французском и английском, юношей он в совершенстве выучил испанский. Он учился в Бристоле и дома, в Ницце, затем поступил в университет Экс-ан-Прованса, а докторскую степень (по истории Мексики) получил в Перпиньяне, еще одном южном французском городе.
Научная карьера Леклезио складывалась медленнее, чем литературная. Его первый роман и диссертацию разделяют ровно 20 лет: книга "Le proces-verbal" ("Процесс") вышла в 1963-м, когда ему было 23 года, а диссертацию он защитил в 1983-м. За это время он успел пожить четыре года среди центральноамериканских индейцев, поработать преподавателем в Таиланде и США, опубликовать полтора десятка романов, сборников рассказов и путевых эссе. К 2008 году у него вышло около сорока книг.
Самой большой удачей Леклезио до Нобелевской премии оставался его первый роман. Он был номинирован на Гонкуровскую премию, но удостоился, в конце концов, премии Ренодо (что-то вроде нашего "анти-Букера" по отношению к "Букеру", альтернативно-дополнительная награда). Герой романа, юноша по имени Адам Полло, блуждает по городу, вспоминает детство (как герой Пруста), наблюдает унылую и вялую жизнь (как герои Сартра и Камю). Блестящий дебют снискал Леклезио немалую славу: его прочили на место человека, который собьет спесь с "новых романистов". Но этого не произошло: молодой писатель не был вхож в литературные круги, много ездил и вскоре стал писать вообще о другом. Его перестали интересовать терзания молодых горожан, его стала интересовать неразмываемая граница между пришельцами и туземцами в любимых им Африке и Центральной Америке, культурные пропасти, взаимное непонимание и неприятие народами друг друга. В частности, его перу принадлежит книга "Сон Мексики, или Оборванная мысль" о доколумбовых цивилизациях и их встрече с испанцами.
Леклезио не относится к числу тех, кто проклинает бремя белого человека и оплакивает злосчастную судьбу "доброго дикаря", феномена, подаренного европейскому Просвещению Жан-Жаком Руссо. Писатель не принимает чью-то сторону - покоренных или колонизаторов. Его отец, врач, спас сотни жизней, работая в Африке (Леклезио написал о нем книгу - "L'Africain", "Африканец"). Можно ли его назвать покорителем туземцев? Нет. В этом отношении Леклезио близок Клоду Леви-Строссу, французскому антропологу, написавшему не только массу значительных работ по мифологии и ритуалам коренных народов Америки, но и "Печальные тропики", одну из самых пронзительных и проницательных книг об искалеченном мире, который лежит за пределами старой и уютной Европы.
Французская интеллектуальная среда второй половины XX века породила не только радикалов и бретеров врде Фуко и Делеза, которым наследуют матерые полемисты Мишель Уэльбек или Бернар-Анри Леви, но и сильнейшую историко-антропологическую школу, которая учит скептически смотреться в зеркало и принимать во внимание точку зрения тех, кого изучаешь. Жан-Мари Леклезио явно относится ко второму направлению. В его романе "Etoile errante" ("Блуждающая звезда", 1992), переплетены две истории. Одна героиня - еврейская девушка, едущая в Израиль после Второй мировой войны, а вторая - молодая арабская женщина, палестинская беженка. Героинь разделяют происхождение, язык и культура, а объединяет универсальный опыт страданий.
Леклезио, живущий между Нью-Мексико, Маврикием и Ниццей, говорит, что его настоящая родина - не столько Франция, сколько французский язык. Он один из тех писателей, кто подписал в марте 2007 года манифест в защиту нового поколения авторов, избравших себе французский язык в качестве родного (таких в последние годы много: например, Гонкуровскую премию получали американец Джонатан Литтелл, канадка Нэнси Хьюстон, выходец из Конго Ален Мабанку и уроженка Камеруна Леонора Миано). В манифесте, опубликованном в Le Monde, Леклезио и еще 43 автора обращали внимание соотечественников на тот факт, что французская литература стагнирует, она замкнута в географических пределах страны. А если она станет столь же открытой, как английская, втянувшая в свою орбиту авторов из бывших колоний - от Салмана Рушди, Киран Десаи, В.С. Найпола до Бена Окри и Надин Гордимер, то ей суждено мировое признание.
Во Франции Леклезио считали кандидатом на Нобелевскую премию уже полтора десятка лет. Еще в первой половине 1990-х его назвали лучшим из современных французских писателей. Интервьюер журнала Le Magazine litteraire еще в 2001 году спрашивал писателя, что тот думает о Нобелевской премии. Леклезио сказал, что эта награда даст ему возможность громко заявить об ужасах войн третьего мира, потому что там ежесекундно гибнут дети. Трибуна в Стокгольме теперь в его полном распоряжении. Его негромкий, спокойный голос будет услышан. Vive le francais!
Новый руссоист
Леклезио, живущий между Нью-Мексико, Маврикием и Ниццей, говорит, что его настоящая родина - не столько Франция, сколько французский язык. Первый успех к писателю пришел, когда ему было 23. Ко времени получения Нобелевской премии он успел защитить докторскую диссертацию, объездить полмира и написать около 40 книг.
68-летний Жан-Мари Гюстав Леклезио стал четырнадцатым французским писателем, получившим Нобелевскую премию по литературе. Среди его предшественников были Андре Жид и Жан-Поль Сартр, Франсуа Мориак и Анатоль Франс, Ромен Роллан и Анри Бергсон. Проза Леклезио до известной степени включает в себя те качества, которые отличали его старших товарищей: преемственность по отношению к классической французской литературе и поиск новых пространств для языка, интерес к социальной драме и философии. Много путешествующий и много пишущий на колониальные и постколониальные темы, Леклезио называет себя "так и не определившимся руссоистом".
Жан-Мари Гюстав Леклезио родился в апреле 1940 года в Ницце в семье военного врача. Родители будущего писателя происходили из старых колониальных семей, в XVIII веке осевших на острове Маврикий. Отец Леклезио был военным врачом, причем британским, и в годы Второй мировой войны служил в Нигерии. В Африку его семья приехала только в 1948 году, и Жан-Мари говорил потом, что встреча с почти незнакомым ему отцом оказалась одним из самых важных событий в его жизни. В 1991 году он опубликовал полуавтобиографический роман "Onitsha" ("Онитша", по названию города в Нигерии, где живет отец героя), в котором во многом повторены обстоятельства детства автора, в том числе, его раннее увлечение литературой, далекие путешествия, разделенная семья.
Жан-Мари Гюстав Леклезио вырос в доме, где всегда говорили на двух языках - французском и английском, юношей он в совершенстве выучил испанский. Он учился в Бристоле и дома, в Ницце, затем поступил в университет Экс-ан-Прованса, а докторскую степень (по истории Мексики) получил в Перпиньяне, еще одном южном французском городе.
Научная карьера Леклезио складывалась медленнее, чем литературная. Его первый роман и диссертацию разделяют ровно 20 лет: книга "Le proces-verbal" ("Процесс") вышла в 1963-м, когда ему было 23 года, а диссертацию он защитил в 1983-м. За это время он успел пожить четыре года среди центральноамериканских индейцев, поработать преподавателем в Таиланде и США, опубликовать полтора десятка романов, сборников рассказов и путевых эссе. К 2008 году у него вышло около сорока книг.
Самой большой удачей Леклезио до Нобелевской премии оставался его первый роман. Он был номинирован на Гонкуровскую премию, но удостоился, в конце концов, премии Ренодо (что-то вроде нашего "анти-Букера" по отношению к "Букеру", альтернативно-дополнительная награда). Герой романа, юноша по имени Адам Полло, блуждает по городу, вспоминает детство (как герой Пруста), наблюдает унылую и вялую жизнь (как герои Сартра и Камю). Блестящий дебют снискал Леклезио немалую славу: его прочили на место человека, который собьет спесь с "новых романистов". Но этого не произошло: молодой писатель не был вхож в литературные круги, много ездил и вскоре стал писать вообще о другом. Его перестали интересовать терзания молодых горожан, его стала интересовать неразмываемая граница между пришельцами и туземцами в любимых им Африке и Центральной Америке, культурные пропасти, взаимное непонимание и неприятие народами друг друга. В частности, его перу принадлежит книга "Сон Мексики, или Оборванная мысль" о доколумбовых цивилизациях и их встрече с испанцами.
Леклезио не относится к числу тех, кто проклинает бремя белого человека и оплакивает злосчастную судьбу "доброго дикаря", феномена, подаренного европейскому Просвещению Жан-Жаком Руссо. Писатель не принимает чью-то сторону - покоренных или колонизаторов. Его отец, врач, спас сотни жизней, работая в Африке (Леклезио написал о нем книгу - "L'Africain", "Африканец"). Можно ли его назвать покорителем туземцев? Нет. В этом отношении Леклезио близок Клоду Леви-Строссу, французскому антропологу, написавшему не только массу значительных работ по мифологии и ритуалам коренных народов Америки, но и "Печальные тропики", одну из самых пронзительных и проницательных книг об искалеченном мире, который лежит за пределами старой и уютной Европы.
Французская интеллектуальная среда второй половины XX века породила не только радикалов и бретеров врде Фуко и Делеза, которым наследуют матерые полемисты Мишель Уэльбек или Бернар-Анри Леви, но и сильнейшую историко-антропологическую школу, которая учит скептически смотреться в зеркало и принимать во внимание точку зрения тех, кого изучаешь. Жан-Мари Леклезио явно относится ко второму направлению. В его романе "Etoile errante" ("Блуждающая звезда", 1992), переплетены две истории. Одна героиня - еврейская девушка, едущая в Израиль после Второй мировой войны, а вторая - молодая арабская женщина, палестинская беженка. Героинь разделяют происхождение, язык и культура, а объединяет универсальный опыт страданий.
Леклезио, живущий между Нью-Мексико, Маврикием и Ниццей, говорит, что его настоящая родина - не столько Франция, сколько французский язык. Он один из тех писателей, кто подписал в марте 2007 года манифест в защиту нового поколения авторов, избравших себе французский язык в качестве родного (таких в последние годы много: например, Гонкуровскую премию получали американец Джонатан Литтелл, канадка Нэнси Хьюстон, выходец из Конго Ален Мабанку и уроженка Камеруна Леонора Миано). В манифесте, опубликованном в Le Monde, Леклезио и еще 43 автора обращали внимание соотечественников на тот факт, что французская литература стагнирует, она замкнута в географических пределах страны. А если она станет столь же открытой, как английская, втянувшая в свою орбиту авторов из бывших колоний - от Салмана Рушди, Киран Десаи, В.С. Найпола до Бена Окри и Надин Гордимер, то ей суждено мировое признание.
Во Франции Леклезио считали кандидатом на Нобелевскую премию уже полтора десятка лет. Еще в первой половине 1990-х его назвали лучшим из современных французских писателей. Интервьюер журнала Le Magazine litteraire еще в 2001 году спрашивал писателя, что тот думает о Нобелевской премии. Леклезио сказал, что эта награда даст ему возможность громко заявить об ужасах войн третьего мира, потому что там ежесекундно гибнут дети. Трибуна в Стокгольме теперь в его полном распоряжении. Его негромкий, спокойный голос будет услышан. Vive le francais!