6 августа в непризнанной Южной Осетии в очередной раз за последние недели обострилась обстановка. Стороны вновь вступили в борьбу за стратегические высоты, расположенные в зоне конфликта, используя различные виды оружия и практически не обращая внимания на миротворцев.
6 августа в непризнанной Южной Осетии в очередной раз за последние недели обострилась обстановка. Стороны вновь вступили в борьбу за стратегические высоты, расположенные в зоне конфликта, используя различные виды оружия и практически не обращая внимания на миротворцев. В результате перестрелок, произошедших в ночь на 7 августа, по предварительным данным, пострадали два десятка человек, повреждены дома как в грузинских, так и в осетинских селах. Говоря о том, кто первым открыл огонь, каждая из сторон, как обычно, кивает на другую.
После интенсивных перестрелок 1-2 августа, напомним, ситуация немного разрядилась. В последовавшие дни в зоне конфликта время от времени постреливали, но, по крайней мере, обходилось без пострадавших. Организованный выезд детей из Южной Осетии в Северную (который, как до сих пор не могут разобраться в Цхинвали, был то ли эвакуацией, то ли обычной отправкой детей на летний отдых) завершился уже 4 августа.
На 7 августа даже были назначены переговоры, которые планировалось провести в Цхинвали между представителями грузинского и южноосетинского правительства. Едва ли, конечно, стороны договорились бы о чем-то существенном. Однако если бы они хотя бы вернулись к имитации урегулирования конфликта и в непризнанной республике прекратили стрелять, это уже было бы достижением.
Особенность запланированных переговоров была в том, что они должны пройти напрямую, без непосредственного участия России. Ранее происходящее в регионе обсуждалось на заседаниях СКК (Смешанной контрольной комиссии), в которую помимо представителей Грузии и Южной Осетии входят также делегаты от Северной Осетии и России. Однако грузинские власти давно отказались от участия в СКК, заявив, что ее формат изжил себя и только мешает урегулированию конфликта.
В Цхинвали, разумеется, от СКК отказываться не собирались: в самом деле, к чему менять формат, если можно давить на Грузию тремя голосами против одного. Однако когда в зоне конфликта каждый день происходят вооруженные столкновения, можно было бы, наверное, согласиться и на встречу "1+1". Грузинской стороне вроде бы даже удалось найти переговорщика от Южной Осетии. Вице-премьер непризнанной республики Борис Чочиев (который помимо прочего является сопредседателем СКК от южноосетинской стороны) дал предварительное согласие на прямые переговоры. Кстати, 5 августа информацию о встрече подтвердил посол РФ по особым поручениям Юрий Попов, отметив при этом, что она все же состоится при российском посредничестве.
Встреча в Цхинвали позволила бы сторонам обсудить текущую ситуацию и, возможно, договориться о прекращении огня, не касаясь спорного формата СКК. Однако уже 6 августа стало ясно, что переговоры сорваны. Представители Южной Осетии стали наперебой заявлять, что никаких прямых переговоров с Грузией не будет.
В конце концов, это подтвердил и Борис Чочиев. Что заставило (или кто заставил) его изменить свое мнение, он не пояснил. Вариантов, в общем-то, немного: либо начальство в Цхинвали, либо начальство в Москве. Кому-то переговоры (пусть даже организованные не совсем по правилам) показались менее привлекательными, чем перестрелки.
Обстрелы грузинских и осетинских населенных пунктов продолжались в течение дня 6 августа и к вечеру прекратились. Командующий миротворцами Марат Кулахметов наконец-то смог заявить, что ситуация находится под контролем миротворческих сил. Правда, "контроль" этот, как выяснилось, продолжался всего несколько часов. Ночью столкновения возобновились и на этот раз они были гораздо более интенсивными.
По информации Смешанных сил по поддержанию мира (ССПМ), в Знаурском и Цхинвальском районах Южной Осетии происходили перестрелки с использованием различных видов оружия. Нарушения режима прекращения огня в этих районах, по данным источника, фиксировались всеми постами миротворцев. Так, в столкновении у села Сарабуки, как заявил Марат Кулахметов, применялись стрелковое оружие и гранатометы, обе стороны, по его словам, использовали минометы, а грузинские подразделения помимо прочего - и артиллерийские установки.
По версии Тбилиси, сепаратисты пытались выбить грузинских полицейских и миротворцев с ряда стратегических высот, в частности, Нульской высоты, где расположено одно из грузинских сел. В Цхинвали, напротив, заявляют, что стратегически важные высоты, в частности позиции в окрестностях южноосетинской столицы, попытался захватить грузинский спецназ. Власти Южной Осетии также заявили, что к зоне конфликта стягиваются грузинские воинские подразделения и военная техника.
К утру перестрелки прекратились. Без пострадавших на этот раз не обошлось: с южноосетинской стороны, по предварительным данным, были ранены 18 человек (мирных жителей или военнослужащих, не уточняется), пострадали также двое грузинских полицейских. По неподтвержденной информации, несколько человек погибли.
Когда выстрелы стихли, участники конфликта еще раз попытались реанимировать провалившиеся переговоры, однако эти усилия оказались безрезультатными. Попытку Юрия Попова, прибывшего 7 августа в Тбилиси, организовать хотя бы "челночную дипломатию", власти Южной Осетии встретили без особого энтузиазма. Президент непризнанной республики Эдуард Кокойты даже отсоветовал представителю российского МИДа ехать в Цхинвали, сославшись на то, что в окрестностях столицы стреляют и находиться в городе небезопасно.
Вообще-то контакты такого рода вроде бы и направлены на то, чтобы обстрелы прекратились. Если участники конфликта будут ждать, пока перестрелки стихнут, "говорить" вместо них по-прежнему будут минометы, снайперские винтовки и артиллерия. Впрочем, Кокойты в последнее время неоднократно заявлял, что не боится "грузинских ястребов" и готов дать им отпор даже без помощи России. Обещал даже лично возглавить подразделения, которые будут штурмовать захваченные грузинами высоты.
Комментируя происходящее, грузинский министр по реинтеграции Темур Якобашвили, который должен был 7 августа представлять грузинскую сторону на встрече с Борисом Чочиевым, заявил, что в срыве переговоров, если они в итоге так и не состоятся, будет виновата российская сторона. Такого же мнения придерживаются и в грузинском МИДе: Россия, как отмечает ведомство, сначала вооружает сепаратистов, а затем подстрекает их к военным действиям. Правда, МИД все же выразил надежду, что Москва урезонит своих южноосетинских протеже.
P.S. Заберите к себе Кокойты…
7 августа ситуацию в Южной Осетии наконец прокомментировал грузинский президент Михаил Саакашвили. То, что с начала августа глава государства, на территории которого шли перестрелки, никак не объяснял происходящее, в общем, не стало сюрпризом. Президент Грузии известен способностью пропадать или отмалчиваться по несколько дней, когда в стране происходят экстраординарные события. Так, о спецоперации в Кодорском ущелье летом 2006 года, как можно вспомнить, объявлял по ТВ не Саакашвили, и даже не руководители силовых структур, а тогдашний министр образования Александр Ломая.
Однако президент все же удивил аудиторию. От Саакашвили можно было ожидать угроз, обещаний, рецептов урегулирования конфликта. А он вместо этого предложил России… забрать из Южной Осетии всех высокопоставленных чиновников, имеющих российское гражданство.
Жителям непризнанной республики, как известно, в минувшие годы активно раздавались российские паспорта (Грузия называла этот процесс "ползучей аннексией", заявляя, что Москва пытается легитимизировать свое участие в конфликте, чтобы вмешиваться в него под предлогом "защиты российских граждан). В результате гражданами РФ являются более 90 процентов жителей региона, включая и самого Эдуарда Кокойты. Последний тоже имеет российский паспорт и, по собственному признанию, гордится этим фактом.
Пока российские власти на предложение Саакашвили не ответили. Наверное, не могут подобрать слов. А он, вероятно, уже разрабатывает новые планы, касающиеся того, как уладить конфликт в мятежной республике. В ближайшие дни, наверное, следует ожидать предложения забрать из Южной Осетии все оружие, произведенное в России. Или, например, вывезти оттуда все российские рубли. Остается надеяться, что стороны успеют до чего-то договориться, прежде чем дипломат Саакашвили решит взять переговорный процесс в свои руки.
Над головами миротворцев-2
6 августа в непризнанной Южной Осетии в очередной раз за последние недели обострилась обстановка. Стороны вновь вступили в борьбу за стратегические высоты, расположенные в зоне конфликта, используя различные виды оружия и практически не обращая внимания на миротворцев.
6 августа в непризнанной Южной Осетии в очередной раз за последние недели обострилась обстановка. Стороны вновь вступили в борьбу за стратегические высоты, расположенные в зоне конфликта, используя различные виды оружия и практически не обращая внимания на миротворцев. В результате перестрелок, произошедших в ночь на 7 августа, по предварительным данным, пострадали два десятка человек, повреждены дома как в грузинских, так и в осетинских селах. Говоря о том, кто первым открыл огонь, каждая из сторон, как обычно, кивает на другую.
После интенсивных перестрелок 1-2 августа, напомним, ситуация немного разрядилась. В последовавшие дни в зоне конфликта время от времени постреливали, но, по крайней мере, обходилось без пострадавших. Организованный выезд детей из Южной Осетии в Северную (который, как до сих пор не могут разобраться в Цхинвали, был то ли эвакуацией, то ли обычной отправкой детей на летний отдых) завершился уже 4 августа.
На 7 августа даже были назначены переговоры, которые планировалось провести в Цхинвали между представителями грузинского и южноосетинского правительства. Едва ли, конечно, стороны договорились бы о чем-то существенном. Однако если бы они хотя бы вернулись к имитации урегулирования конфликта и в непризнанной республике прекратили стрелять, это уже было бы достижением.
Особенность запланированных переговоров была в том, что они должны пройти напрямую, без непосредственного участия России. Ранее происходящее в регионе обсуждалось на заседаниях СКК (Смешанной контрольной комиссии), в которую помимо представителей Грузии и Южной Осетии входят также делегаты от Северной Осетии и России. Однако грузинские власти давно отказались от участия в СКК, заявив, что ее формат изжил себя и только мешает урегулированию конфликта.
В Цхинвали, разумеется, от СКК отказываться не собирались: в самом деле, к чему менять формат, если можно давить на Грузию тремя голосами против одного. Однако когда в зоне конфликта каждый день происходят вооруженные столкновения, можно было бы, наверное, согласиться и на встречу "1+1". Грузинской стороне вроде бы даже удалось найти переговорщика от Южной Осетии. Вице-премьер непризнанной республики Борис Чочиев (который помимо прочего является сопредседателем СКК от южноосетинской стороны) дал предварительное согласие на прямые переговоры. Кстати, 5 августа информацию о встрече подтвердил посол РФ по особым поручениям Юрий Попов, отметив при этом, что она все же состоится при российском посредничестве.
Встреча в Цхинвали позволила бы сторонам обсудить текущую ситуацию и, возможно, договориться о прекращении огня, не касаясь спорного формата СКК. Однако уже 6 августа стало ясно, что переговоры сорваны. Представители Южной Осетии стали наперебой заявлять, что никаких прямых переговоров с Грузией не будет.
В конце концов, это подтвердил и Борис Чочиев. Что заставило (или кто заставил) его изменить свое мнение, он не пояснил. Вариантов, в общем-то, немного: либо начальство в Цхинвали, либо начальство в Москве. Кому-то переговоры (пусть даже организованные не совсем по правилам) показались менее привлекательными, чем перестрелки.
Обстрелы грузинских и осетинских населенных пунктов продолжались в течение дня 6 августа и к вечеру прекратились. Командующий миротворцами Марат Кулахметов наконец-то смог заявить, что ситуация находится под контролем миротворческих сил. Правда, "контроль" этот, как выяснилось, продолжался всего несколько часов. Ночью столкновения возобновились и на этот раз они были гораздо более интенсивными.
По информации Смешанных сил по поддержанию мира (ССПМ), в Знаурском и Цхинвальском районах Южной Осетии происходили перестрелки с использованием различных видов оружия. Нарушения режима прекращения огня в этих районах, по данным источника, фиксировались всеми постами миротворцев. Так, в столкновении у села Сарабуки, как заявил Марат Кулахметов, применялись стрелковое оружие и гранатометы, обе стороны, по его словам, использовали минометы, а грузинские подразделения помимо прочего - и артиллерийские установки.
По версии Тбилиси, сепаратисты пытались выбить грузинских полицейских и миротворцев с ряда стратегических высот, в частности, Нульской высоты, где расположено одно из грузинских сел. В Цхинвали, напротив, заявляют, что стратегически важные высоты, в частности позиции в окрестностях южноосетинской столицы, попытался захватить грузинский спецназ. Власти Южной Осетии также заявили, что к зоне конфликта стягиваются грузинские воинские подразделения и военная техника.
К утру перестрелки прекратились. Без пострадавших на этот раз не обошлось: с южноосетинской стороны, по предварительным данным, были ранены 18 человек (мирных жителей или военнослужащих, не уточняется), пострадали также двое грузинских полицейских. По неподтвержденной информации, несколько человек погибли.
Когда выстрелы стихли, участники конфликта еще раз попытались реанимировать провалившиеся переговоры, однако эти усилия оказались безрезультатными. Попытку Юрия Попова, прибывшего 7 августа в Тбилиси, организовать хотя бы "челночную дипломатию", власти Южной Осетии встретили без особого энтузиазма. Президент непризнанной республики Эдуард Кокойты даже отсоветовал представителю российского МИДа ехать в Цхинвали, сославшись на то, что в окрестностях столицы стреляют и находиться в городе небезопасно.
Вообще-то контакты такого рода вроде бы и направлены на то, чтобы обстрелы прекратились. Если участники конфликта будут ждать, пока перестрелки стихнут, "говорить" вместо них по-прежнему будут минометы, снайперские винтовки и артиллерия. Впрочем, Кокойты в последнее время неоднократно заявлял, что не боится "грузинских ястребов" и готов дать им отпор даже без помощи России. Обещал даже лично возглавить подразделения, которые будут штурмовать захваченные грузинами высоты.
Комментируя происходящее, грузинский министр по реинтеграции Темур Якобашвили, который должен был 7 августа представлять грузинскую сторону на встрече с Борисом Чочиевым, заявил, что в срыве переговоров, если они в итоге так и не состоятся, будет виновата российская сторона. Такого же мнения придерживаются и в грузинском МИДе: Россия, как отмечает ведомство, сначала вооружает сепаратистов, а затем подстрекает их к военным действиям. Правда, МИД все же выразил надежду, что Москва урезонит своих южноосетинских протеже.
P.S. Заберите к себе Кокойты…
7 августа ситуацию в Южной Осетии наконец прокомментировал грузинский президент Михаил Саакашвили. То, что с начала августа глава государства, на территории которого шли перестрелки, никак не объяснял происходящее, в общем, не стало сюрпризом. Президент Грузии известен способностью пропадать или отмалчиваться по несколько дней, когда в стране происходят экстраординарные события. Так, о спецоперации в Кодорском ущелье летом 2006 года, как можно вспомнить, объявлял по ТВ не Саакашвили, и даже не руководители силовых структур, а тогдашний министр образования Александр Ломая.
Однако президент все же удивил аудиторию. От Саакашвили можно было ожидать угроз, обещаний, рецептов урегулирования конфликта. А он вместо этого предложил России… забрать из Южной Осетии всех высокопоставленных чиновников, имеющих российское гражданство.
Жителям непризнанной республики, как известно, в минувшие годы активно раздавались российские паспорта (Грузия называла этот процесс "ползучей аннексией", заявляя, что Москва пытается легитимизировать свое участие в конфликте, чтобы вмешиваться в него под предлогом "защиты российских граждан). В результате гражданами РФ являются более 90 процентов жителей региона, включая и самого Эдуарда Кокойты. Последний тоже имеет российский паспорт и, по собственному признанию, гордится этим фактом.
Пока российские власти на предложение Саакашвили не ответили. Наверное, не могут подобрать слов. А он, вероятно, уже разрабатывает новые планы, касающиеся того, как уладить конфликт в мятежной республике. В ближайшие дни, наверное, следует ожидать предложения забрать из Южной Осетии все оружие, произведенное в России. Или, например, вывезти оттуда все российские рубли. Остается надеяться, что стороны успеют до чего-то договориться, прежде чем дипломат Саакашвили решит взять переговорный процесс в свои руки.