Президентские выборы в России завершились, их результаты признаются населением страны, никаких серьезных протестов нет. Несистемной оппозиции опереться не на что и не на кого, кроме западных наблюдателей, влияние которых на россиян минимально. Что ждет Медведева на новом посту? Ему предстоит решить три основных проблемы.
По предварительным результатам президентских выборов 2 марта 2008 года первый вице-премьер Дмитрий Медведев набрал 70,23 процента голосов и победил уже в первом туре. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов занял второе место, набрав 17,76 процента голосов. Третий результат показал глава ЛДПР Владимир Жириновский (9,37 процента). Председатель "Демократической партии России" Андрей Богданов набрал 1,29 процента голосов избирателей. Явка на выборах составила 69,65 процента.
Как только закрылись избирательные участки, стало ясно, что операция "Преемник" успешно завершилась. Было очевидно, что сорвать выборы, оформляющие в России процесс передачи президентской власти, оппозиции не удалось. Предсказания страшных терактов и прочих ужасов не оправдались. "Комитет 2008", стремившийся повторить нечто вроде украинского Майдана, может самораспускаться и преобразовываться в "Комитет 2012", ожидая, подобно космическому кораблю, нового окна для старта. Ни "маршам несогласных", ни скандальным акциям лимоновцев всколыхнуть страну не удалось. Оппозиция, в отличие от власти, договориться внутри себя не сумела, не объединилась и единого кандидата не выдвинула. А власть выдвинула и победила.
Победа эта, однако, далась дорогой ценой. Поскольку ни один кандидат от несистемной оппозиции к выборам допущен не был, а телевизионная пропаганда работала на одного человека в полную силу, либеральная часть общества окончательно отвернулась от Кремля, испытывая крайнее возмущение. Либеральная риторика Дмитрия Медведева, направленная, очевидно, на смягчение этого неприятного впечатления, здесь уже вряд ли поможет.
Зато остальная часть населения, судя по всему, никаких подвохов не заметила или решила не обращать на них внимания. Не случайно показатель явки был так важен. Никто до конца не был уверен, пойдут ли все-таки люди голосовать. Выступление Дмитрия Медведева и Владимира Путина на Васильевском спуске сразу после завершения выборов было крайне эмоциональным, что выдавало высокую степень напряжения в ходе всей кампании.
Интрига, конечно, заключалась не только в явке, но и в проценте Медведева. Как заранее предсказали наиболее дальновидные наблюдатели, результат преемника оказался выше, чем у "Единой России" на парламентских выборах в декабре (64,3 процента), но несколько ниже, чем у Путина в 2004 году (71,31 процента). "Партии власти" следовало показать ее место. Не случайно ей не доверили даже самостоятельное выдвижение Медведева в президенты, поручив это, кроме второй "партии власти" - "Справедливой России" - еще и двум менее значимым объединениям - "Аграрной партии" и "Гражданской силе". Единороссам недвусмысленно указали на то, что они являются инструментом и на самостоятельную роль претендовать не могут. Вот и сейчас наглядно продемонстрировано, что у преемника Путина поддержка значительнее, чем у "Единой России".
.picture putin.jpg
Владимир Путин. Фото AFP
Но и больше Путина Медведеву набирать не следовало. Иначе, во-первых, закрались бы слишком явные подозрения относительно искусственности такого результата - ведь получалось бы, что за несколько месяцев кампании новоиспеченному политику удалось перепрыгнуть Путина, работавшего восемь лет. Во-вторых, что также очевидно, преемник мог бы начать слишком рано перетягивать одеяло на себя, прикрываясь результатами голосования.
Остальные кандидаты в президенты свою функцию выполнили. Геннадий Зюганов придал выборам легитимность в глазах россиян, создавая ощущение выбора. Далась ему эта роль не просто. Пришлось участвовать в теледебатах не только с Владимиром Жириновским, но и с Андреем Богдановым. История вышла скандальная. Первоначально руководство КПРФ категорически заявляло, что в таком формате лидер партии дебатировать не будет. Однако очень скоро Зюганов решил пойти на этот нелегкий шаг и был вознагражден довольно высоким результатом.
По-другому лидер КПРФ поступить вряд ли мог. Давление на него оказывалось значительное. Взять хотя бы появлявшиеся опросы общественного мнения, исходя из которых он оказывался чуть ли не на третьем месте после Жириновского. Это означало потерю лидерства в партии. Могло произойти и просто административное снятие Зюганова с поста председателя КПРФ. Подобные варианты обкатываются уже давно. О работе в этом направлении говорит ведущееся несколько лет партстроительство на левом поле.
Жириновский и Богданов со своими ролями также справились. Первый оттянул на себя часть протестного электората, повысив вместе с тем явку, второй - продемонстрировал наличие в России политика, стремящегося к вступлению в Евросоюз.
Как бы то ни было, выборы завершились, их результаты признаются населением страны, никаких серьезных протестов нет. Несистемной оппозиции опереться не на что и не на кого, кроме западных наблюдателей, влияние которых на россиян минимально. Что ждет Дмитрия Медведева на новом посту? Ему предстоит решить три основных проблемы.
.picture zu.jpg
Геннадий Зюганов. Фото AFP
Первая - это выстраивание взаимоотношений с Владимиром Путиным в новых условиях. Действующий глава государства, судя по всему, действительно решил возглавить правительство. Власть придется как-то поделить и не допустить ухудшения личных отношений, к чему будут стремиться как противники нынешнего компромисса внутри Кремля, так и оппозиция разных оттенков. Проблема эта решаема, поскольку Владимир Путин, если смотреть по его заявлениям и настроению, согласился отойти на второй план. Вопрос лишь в том, чтобы окружение Медведева (а такое, даже если сейчас его нет, все равно сформируется) не попыталось оттеснить Путина еще дальше. Жертвами возникшего конфликта, как это обычно бывает, могут стать оба политика.
Второй важной проблемой, которую предстоит решить Медведеву, является примирение социальной риторики и либеральной экономической политики. Перед выборами он обещал двигаться сразу в обоих направлениях: и повышать социальные выплаты и снижать налоги, создавая более благоприятную среду для ведения бизнеса. Опыт показывает, что подходы эти совместить трудно. И не только потому что при снижении налогов сокращаются возможности для увеличения социальных выплат. Активная социальная политика, что явствует из опыта Западной Европы последних десятилетий, снижает мотивацию к труду, и если, например, пособия по безработице достигают определенного уровня, трудиться вообще становится невыгодно.
Что Медведеву дороже? А дороже ему экономика и экономический рост. Это со всей очевидностью следует из его выступлений и заявлений Путина. Он обязуется снижать налоги, но выступая недавно, например, в Нижнем Новгороде, даже не смог твердо пообещать повышения социальной пенсии до прожиточного уровня пенсионера в 2009 году. Формирование среднего класса, на чем Медведев делает особый акцент, также вовсе не подразумевает социальной благотворительности.
Наконец, во внешней политике Медведеву все-таки предстоит сделать выбор - с кем быть. Попытка маневрировать между двумя центрами силы - США и Китаем - может закончиться тем, что две эти державы просто договорятся и на какое-то время снимут свои противоречия за счет России. Возможно, образ либерала и почти западника для Медведева формируется не просто так, и какой-то поворот во внешней политике будет сделан. Жесткая риторика Путина в отношении Запада также в последнее время несколько ослабла. В общем, работы хватит.
Ну вот и все
Президентские выборы в России завершились, их результаты признаются населением страны, никаких серьезных протестов нет. Несистемной оппозиции опереться не на что и не на кого, кроме западных наблюдателей, влияние которых на россиян минимально. Что ждет Медведева на новом посту? Ему предстоит решить три основных проблемы.
По предварительным результатам президентских выборов 2 марта 2008 года первый вице-премьер Дмитрий Медведев набрал 70,23 процента голосов и победил уже в первом туре. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов занял второе место, набрав 17,76 процента голосов. Третий результат показал глава ЛДПР Владимир Жириновский (9,37 процента). Председатель "Демократической партии России" Андрей Богданов набрал 1,29 процента голосов избирателей. Явка на выборах составила 69,65 процента.
Как только закрылись избирательные участки, стало ясно, что операция "Преемник" успешно завершилась. Было очевидно, что сорвать выборы, оформляющие в России процесс передачи президентской власти, оппозиции не удалось. Предсказания страшных терактов и прочих ужасов не оправдались. "Комитет 2008", стремившийся повторить нечто вроде украинского Майдана, может самораспускаться и преобразовываться в "Комитет 2012", ожидая, подобно космическому кораблю, нового окна для старта. Ни "маршам несогласных", ни скандальным акциям лимоновцев всколыхнуть страну не удалось. Оппозиция, в отличие от власти, договориться внутри себя не сумела, не объединилась и единого кандидата не выдвинула. А власть выдвинула и победила.
Победа эта, однако, далась дорогой ценой. Поскольку ни один кандидат от несистемной оппозиции к выборам допущен не был, а телевизионная пропаганда работала на одного человека в полную силу, либеральная часть общества окончательно отвернулась от Кремля, испытывая крайнее возмущение. Либеральная риторика Дмитрия Медведева, направленная, очевидно, на смягчение этого неприятного впечатления, здесь уже вряд ли поможет.
Зато остальная часть населения, судя по всему, никаких подвохов не заметила или решила не обращать на них внимания. Не случайно показатель явки был так важен. Никто до конца не был уверен, пойдут ли все-таки люди голосовать. Выступление Дмитрия Медведева и Владимира Путина на Васильевском спуске сразу после завершения выборов было крайне эмоциональным, что выдавало высокую степень напряжения в ходе всей кампании.
Интрига, конечно, заключалась не только в явке, но и в проценте Медведева. Как заранее предсказали наиболее дальновидные наблюдатели, результат преемника оказался выше, чем у "Единой России" на парламентских выборах в декабре (64,3 процента), но несколько ниже, чем у Путина в 2004 году (71,31 процента). "Партии власти" следовало показать ее место. Не случайно ей не доверили даже самостоятельное выдвижение Медведева в президенты, поручив это, кроме второй "партии власти" - "Справедливой России" - еще и двум менее значимым объединениям - "Аграрной партии" и "Гражданской силе". Единороссам недвусмысленно указали на то, что они являются инструментом и на самостоятельную роль претендовать не могут. Вот и сейчас наглядно продемонстрировано, что у преемника Путина поддержка значительнее, чем у "Единой России".
Остальные кандидаты в президенты свою функцию выполнили. Геннадий Зюганов придал выборам легитимность в глазах россиян, создавая ощущение выбора. Далась ему эта роль не просто. Пришлось участвовать в теледебатах не только с Владимиром Жириновским, но и с Андреем Богдановым. История вышла скандальная. Первоначально руководство КПРФ категорически заявляло, что в таком формате лидер партии дебатировать не будет. Однако очень скоро Зюганов решил пойти на этот нелегкий шаг и был вознагражден довольно высоким результатом.
По-другому лидер КПРФ поступить вряд ли мог. Давление на него оказывалось значительное. Взять хотя бы появлявшиеся опросы общественного мнения, исходя из которых он оказывался чуть ли не на третьем месте после Жириновского. Это означало потерю лидерства в партии. Могло произойти и просто административное снятие Зюганова с поста председателя КПРФ. Подобные варианты обкатываются уже давно. О работе в этом направлении говорит ведущееся несколько лет партстроительство на левом поле.
Жириновский и Богданов со своими ролями также справились. Первый оттянул на себя часть протестного электората, повысив вместе с тем явку, второй - продемонстрировал наличие в России политика, стремящегося к вступлению в Евросоюз.
Как бы то ни было, выборы завершились, их результаты признаются населением страны, никаких серьезных протестов нет. Несистемной оппозиции опереться не на что и не на кого, кроме западных наблюдателей, влияние которых на россиян минимально. Что ждет Дмитрия Медведева на новом посту? Ему предстоит решить три основных проблемы.
Второй важной проблемой, которую предстоит решить Медведеву, является примирение социальной риторики и либеральной экономической политики. Перед выборами он обещал двигаться сразу в обоих направлениях: и повышать социальные выплаты и снижать налоги, создавая более благоприятную среду для ведения бизнеса. Опыт показывает, что подходы эти совместить трудно. И не только потому что при снижении налогов сокращаются возможности для увеличения социальных выплат. Активная социальная политика, что явствует из опыта Западной Европы последних десятилетий, снижает мотивацию к труду, и если, например, пособия по безработице достигают определенного уровня, трудиться вообще становится невыгодно.
Что Медведеву дороже? А дороже ему экономика и экономический рост. Это со всей очевидностью следует из его выступлений и заявлений Путина. Он обязуется снижать налоги, но выступая недавно, например, в Нижнем Новгороде, даже не смог твердо пообещать повышения социальной пенсии до прожиточного уровня пенсионера в 2009 году. Формирование среднего класса, на чем Медведев делает особый акцент, также вовсе не подразумевает социальной благотворительности.
Наконец, во внешней политике Медведеву все-таки предстоит сделать выбор - с кем быть. Попытка маневрировать между двумя центрами силы - США и Китаем - может закончиться тем, что две эти державы просто договорятся и на какое-то время снимут свои противоречия за счет России. Возможно, образ либерала и почти западника для Медведева формируется не просто так, и какой-то поворот во внешней политике будет сделан. Жесткая риторика Путина в отношении Запада также в последнее время несколько ослабла. В общем, работы хватит.