Политическая жизнь непризнанной республики Ичкерия всегда была несколько виртуальной по той причине, что уже много лет ее действующие лица по большей части находятся вне зоны доступа обычных СМИ и вообще - "вне зоны доступа". Однако со смертью президента ЧРИ Аслана Масхадова отрыв ее властей от реальности оказался таким радикальным, что новый президент Ичкерии Абдул Халим Сайдуллаев сразу же предстал перед нами в как минимум трех ипостасях.
Политическая жизнь непризнанной республики Ичкерия давно стала несколько виртуальной по той причине, что много лет назад ее действующие лица по большей части оказались вне зоны доступа СМИ и вообще - "вне зоны доступа". Однако со смертью президента Ичкерии Аслана Масхадова отрыв властей республики от реальности оказался таким радикальным, что новый президент - Абдул Халим Сайдуллаев, сразу же предстал перед нами в как минимум трех ипостасях.
Первая аватара Абдула Халима
Первыми о назначении нового президента республики Ичкерия сообщили "чеченские сепаратисты", точнее - лично Шамиль Басаев, использовавший для этого сайт "Кавказ-центр". "В соответствии с указом президента Чеченской республики Ичкерия и решением, принятым на широком заседании Комитета обороны Ичкерии (Июль-Август 2002 года), в случае смерти президента или его пленения врагом, все его обязанности до следующих выборов берет на себя председатель Верховного шариатского суда ЧРИ", - гласило сообщение на сайте. За этим следовало подписанное Басаевым заявление, призывавшее "всех мусульман Чеченской республики Ичкерия, Северного Кавказа и России принести присягу верности шейху Абдулу Халиму".
Когда обращение Басаева появилось на сайте "Кавказ-центр", имя нового чеченского лидера мало что говорило большинству российских и западных обывателей. Российские СМИ сразу же бросились заполнять информационный вакуум, что привело к появлению на их страницах нескольких информационных курьезов. Например, некоторых журналистов ввел в заблуждение тот факт, что Басаев назвал Абдула Халима Сайдуллаева "шейхом Абдулом Халимом". В результате на страницах газеты "Коммерсант" и ряда других изданий появилась информация о президенте Ичкерии по имени Ахмад Файруз шейх Абдулхалим (на самом деле так зовут председателя Верховного суда Малайзии).
После этого и.о. президента ЧРИ и стал стремительно превращаться в виртуальную фигуру с несколькими аватарами. Первая стала делом рук РИА "Новости", Страны.Ру и прочих считающимися "прокремлевскими" ресурсов, а также "анонимных источников" в правоохранительных органах и спецслужбах РФ. Согласно их сообщениям, Абдул Халим, во-первых - выходец из Саудовской Аравии, во-вторых - "ваххабит номер один" Чеченской республики (об этом сообщил муфтий Чечни, Aхмат-хаджи Шамаев), в-третьих - заказчик произошедшего весной 2003 года похищения представителя гуманитарной организации "Врачи без границ" Кеннета Глака.
На самом деле, расследование похищения Глака - едва ли не единственный случай, в связи с которым имя Абдула Халима Сайдуллаева встречалось в СМИ до того, как он стал президентом. Кеннет Глак был похищен 9 января 2001 года в чеченском селе Старые Атаги и освобожден 2 февраля 2001 года. 14 февраля 2001 года в том же селе в ходе спецоперации был захвачен боевик Магомед-Хуссейн Гакаев. В руки федералов попал также еще один житель села Старые Атаги Аюб Катаев.
Было объявлено, что оба задержанных являлись членами бандформирования, подчинявшемуся председателю Верховного шариатского суда Сайдулаеву Абдулу Халиму, и что именно последний стал заказчиком похищения Глака. В мае 2003 года начался суд над Гакаевым и Катаевым, однако уголовное дело о похищении было закрыто (по официальной версии - из-за того, что боевики отпустили голландца добровольно, по неофициальной - из-за неспособности следствия доказать их причастность к случившемуся) и обвиняемых посадили просто за хранение оружия и участие в деятельности незаконных бандформирований. Таким образом, официальных доказательств причастности Сайдуллаева к похищению нет.
Впрочем, и его единственное до недавних событий появление в СМИ - в рамках опубликованного на сайте "Кавказ-центр" интервью по итогам операции в Ингушетии 22 июня 2004 года, также не говорит о его причастности к организации нападений на представителей ингушских правоохранительных органов. На протяжении всего интервью Абдул Халим Сайдуллаев ограничивался комментариями общерелигиозного и морализаторского характера. Да и сама ингушская операция, направленная против "милиционеров-коллаборационистов", а не против мирных жителей, не вызывает в российском, западном и чеченском обществе столь острой негативной реакции, как, например, захват школы в Беслане.
Тем не менее, в первые дни после назначения нового президента Ичкерии у части российской аудитории сложилось прочное представление об Абдуле Халиме Сайдуллаеве как о радикальном ваххабите и жестоком боевике с возможными иностранными корнями. О лучшем противнике Кремль не мог и мечтать. Жаль только, сами сепаратисты утверждают, что Сайдуллаев - совсем не такой.
Вторая аватара Абдула Халима
12 марта 2003 года на сайте "Кавказ-центр" была опубликована биография Абдула Халима Сайдуллаева. По словам сотрудников ресурса, эта публикация была призвана опровергнуть поток недостоверной информации о личности нового президента, появившийся в российских СМИ. По версии сайта сепаратистов, новый президент родился в 1967 году вовсе не в Саудовской Аравии, а в городе Аргуне, и принадлежит к тейпу Устрадой (ответвление тейпа Беной), чьи представители основали этот город.
До начала первой чеченской войны Абдул Халим учился на филологическом факультете университета в Грозном, однако не успел его окончить и "ушел на фронт", где совмещал борьбу за независимость Ичкерии с изучением арабского языка и Корана. После войны стал исламским проповедником, ездил по Чечне с лекциями, некоторое время являлся имамом аргунской мечети и главой аргунского джамаата. К 1999 году Абдул Халим Сайдуллаев стал настолько известным знатоком ислама, что Аслан Масхадов сделал его членом Комиссии по шариатской реформе. Когда тогдашний муфтий Ахмад Кадыров осудил вторжение в Дагестан, Сайдуллаеву было предложено занять его место. Однако Абдул Халим отказался и вместо этого сначала возглавил силы сопротивления Аргунского района Чечни, а потом, в 2002 году, стал главой Верховного шариатского суда ЧРИ.
Тогда же, в августе 2002 года, на расширенном заседании Государственного Комитета Обороны ЧРИ было принято решение, превратившее Абдула Халима в наследника Аслана Масхадова в случае его смерти или пленения. При этом, как утверждает полномочный представитель Масхадова в структурах ЕС и министр информации Ичкерии Ахмед Закаев, Сайдуллаев - не лидер ваххабитов, а человек, на протяжении многих лет являвшийся ближайшим соратником и единомышленником Аслана Масхадова, который теперь собирается продолжать дело политического представительства республики Ичкерия.
Людям, заинтересованным в продолжении чеченского сопротивления, гораздо выгоднее вести игру, используя вышеописанную аватару президента. Хотя малоизвестное на Западе имя и не заставит ПАСЕ быть жестче с Россией, на помощь Европы чеченцы и так давно не надеялись. Зато тот факт, что во главе Ичкерии встал человек, которого считают знатоком ислама и вообще праведником, будет вполне приятен арабским спонсорам чеченского джихада.
По словам Закаева, Абдул Халим Сайдуллаев никогда не был сторонником терактов и вообще - не радикал, а носитель вполне умеренных взглядов, обладающий огромным авторитетом среди гражданского населения и способный объединить все силы в Чеченской республике. Правда, председатель Госсовета Чечни Умар Джабраилов утверждает обратное: "Имя "Абдул Халим Сайдуллаев" мне ничего не говорит. Если такой человек и существует на самом деле, то Шамилем Басаевым ему отводится роль марионетки".
Третья аватара Абдула Халима
Хотя анонимные собеседники журнала "Русский Newsweek" и утверждают, что в последние годы Сайдуллаев был посредником между Масхадовым и Басаевым, а сын Масхадова Анзор заявляет, что некоторыми чертами характера новый президент напоминает отца, наиболее вероятной кажется версия, согласно которой Абдул Халим, каким бы уважением он ни пользовался в среде религиозных чеченцев, станет лишь номинальным символом республики Ичкерия. Реальную же деятельность будут по-прежнему осуществлять полевые командиры - Шамиль Басаев и Доку Умаров.
Однако возможен и другой сценарий, в рамках которого Сайдуллаев занял пост президента Ичкерии потому, что сама Чечня становится лишь одним из множества фронтов кавказского сопротивления. По словам Ахмеда Закаева, "идея чеченской независимости трансформировалась в кавказскую национальную идею, и флагом этой идеи является Шамиль Басаев. Басаев является лидером кавказских народов, и его позиция будет укрепляться, пока Кремль будет продолжать свою политику".
Действительно, кроме Шамиля Басаева, если верить "Кавказ-центру", новому президенту Чечни уже присягнул исламский джаамат Дагестана "Шариат". А джамааты, как известно, cуществуют сейчас почти в каждой северокавказской республике. Например, 14 марта кабардино-балкарский джамаат "Ярмук", есколько членов которого были ликвидированы во время январских и февральских "квартирных операций", попросил туристов воздержаться от катания на горных лыжах в Приэльбрусье, так как праздные спортсмены могут нечаянно наткнуться на одну из баз повстанцев и пострадать от пуль бдительных бойцов.
Итак, в ситуации, когда за пределами Чечни силами Басаева или других экстремистов осуществляется не меньше терактов и операций, чем в самой республике, ничто не мешает президенту Чечни быть человеком, к этим кровавым событиям непричастным. В своем обращении к народу, опубликованном 14 марта, Абдул Халим Сайдуллаев заявил, что при нем политика Ичкерии останется такой же, как была при Масхадове, с той разницей, что теперь стало совершенно ясно, что Кремль "не хочет мира на чеченской земле".
Три аватары нового президента Чечни
Политическая жизнь непризнанной республики Ичкерия всегда была несколько виртуальной по той причине, что уже много лет ее действующие лица по большей части находятся вне зоны доступа обычных СМИ и вообще - "вне зоны доступа". Однако со смертью президента ЧРИ Аслана Масхадова отрыв ее властей от реальности оказался таким радикальным, что новый президент Ичкерии Абдул Халим Сайдуллаев сразу же предстал перед нами в как минимум трех ипостасях.
Политическая жизнь непризнанной республики Ичкерия давно стала несколько виртуальной по той причине, что много лет назад ее действующие лица по большей части оказались вне зоны доступа СМИ и вообще - "вне зоны доступа". Однако со смертью президента Ичкерии Аслана Масхадова отрыв властей республики от реальности оказался таким радикальным, что новый президент - Абдул Халим Сайдуллаев, сразу же предстал перед нами в как минимум трех ипостасях.
Первая аватара Абдула Халима
Первыми о назначении нового президента республики Ичкерия сообщили "чеченские сепаратисты", точнее - лично Шамиль Басаев, использовавший для этого сайт "Кавказ-центр". "В соответствии с указом президента Чеченской республики Ичкерия и решением, принятым на широком заседании Комитета обороны Ичкерии (Июль-Август 2002 года), в случае смерти президента или его пленения врагом, все его обязанности до следующих выборов берет на себя председатель Верховного шариатского суда ЧРИ", - гласило сообщение на сайте. За этим следовало подписанное Басаевым заявление, призывавшее "всех мусульман Чеченской республики Ичкерия, Северного Кавказа и России принести присягу верности шейху Абдулу Халиму".
Когда обращение Басаева появилось на сайте "Кавказ-центр", имя нового чеченского лидера мало что говорило большинству российских и западных обывателей. Российские СМИ сразу же бросились заполнять информационный вакуум, что привело к появлению на их страницах нескольких информационных курьезов. Например, некоторых журналистов ввел в заблуждение тот факт, что Басаев назвал Абдула Халима Сайдуллаева "шейхом Абдулом Халимом". В результате на страницах газеты "Коммерсант" и ряда других изданий появилась информация о президенте Ичкерии по имени Ахмад Файруз шейх Абдулхалим (на самом деле так зовут председателя Верховного суда Малайзии).
После этого и.о. президента ЧРИ и стал стремительно превращаться в виртуальную фигуру с несколькими аватарами. Первая стала делом рук РИА "Новости", Страны.Ру и прочих считающимися "прокремлевскими" ресурсов, а также "анонимных источников" в правоохранительных органах и спецслужбах РФ. Согласно их сообщениям, Абдул Халим, во-первых - выходец из Саудовской Аравии, во-вторых - "ваххабит номер один" Чеченской республики (об этом сообщил муфтий Чечни, Aхмат-хаджи Шамаев), в-третьих - заказчик произошедшего весной 2003 года похищения представителя гуманитарной организации "Врачи без границ" Кеннета Глака.
На самом деле, расследование похищения Глака - едва ли не единственный случай, в связи с которым имя Абдула Халима Сайдуллаева встречалось в СМИ до того, как он стал президентом. Кеннет Глак был похищен 9 января 2001 года в чеченском селе Старые Атаги и освобожден 2 февраля 2001 года. 14 февраля 2001 года в том же селе в ходе спецоперации был захвачен боевик Магомед-Хуссейн Гакаев. В руки федералов попал также еще один житель села Старые Атаги Аюб Катаев.
Было объявлено, что оба задержанных являлись членами бандформирования, подчинявшемуся председателю Верховного шариатского суда Сайдулаеву Абдулу Халиму, и что именно последний стал заказчиком похищения Глака. В мае 2003 года начался суд над Гакаевым и Катаевым, однако уголовное дело о похищении было закрыто (по официальной версии - из-за того, что боевики отпустили голландца добровольно, по неофициальной - из-за неспособности следствия доказать их причастность к случившемуся) и обвиняемых посадили просто за хранение оружия и участие в деятельности незаконных бандформирований. Таким образом, официальных доказательств причастности Сайдуллаева к похищению нет.
Впрочем, и его единственное до недавних событий появление в СМИ - в рамках опубликованного на сайте "Кавказ-центр" интервью по итогам операции в Ингушетии 22 июня 2004 года, также не говорит о его причастности к организации нападений на представителей ингушских правоохранительных органов. На протяжении всего интервью Абдул Халим Сайдуллаев ограничивался комментариями общерелигиозного и морализаторского характера. Да и сама ингушская операция, направленная против "милиционеров-коллаборационистов", а не против мирных жителей, не вызывает в российском, западном и чеченском обществе столь острой негативной реакции, как, например, захват школы в Беслане.
Тем не менее, в первые дни после назначения нового президента Ичкерии у части российской аудитории сложилось прочное представление об Абдуле Халиме Сайдуллаеве как о радикальном ваххабите и жестоком боевике с возможными иностранными корнями. О лучшем противнике Кремль не мог и мечтать. Жаль только, сами сепаратисты утверждают, что Сайдуллаев - совсем не такой.
Вторая аватара Абдула Халима
12 марта 2003 года на сайте "Кавказ-центр" была опубликована биография Абдула Халима Сайдуллаева. По словам сотрудников ресурса, эта публикация была призвана опровергнуть поток недостоверной информации о личности нового президента, появившийся в российских СМИ. По версии сайта сепаратистов, новый президент родился в 1967 году вовсе не в Саудовской Аравии, а в городе Аргуне, и принадлежит к тейпу Устрадой (ответвление тейпа Беной), чьи представители основали этот город.
До начала первой чеченской войны Абдул Халим учился на филологическом факультете университета в Грозном, однако не успел его окончить и "ушел на фронт", где совмещал борьбу за независимость Ичкерии с изучением арабского языка и Корана. После войны стал исламским проповедником, ездил по Чечне с лекциями, некоторое время являлся имамом аргунской мечети и главой аргунского джамаата. К 1999 году Абдул Халим Сайдуллаев стал настолько известным знатоком ислама, что Аслан Масхадов сделал его членом Комиссии по шариатской реформе. Когда тогдашний муфтий Ахмад Кадыров осудил вторжение в Дагестан, Сайдуллаеву было предложено занять его место. Однако Абдул Халим отказался и вместо этого сначала возглавил силы сопротивления Аргунского района Чечни, а потом, в 2002 году, стал главой Верховного шариатского суда ЧРИ.
Тогда же, в августе 2002 года, на расширенном заседании Государственного Комитета Обороны ЧРИ было принято решение, превратившее Абдула Халима в наследника Аслана Масхадова в случае его смерти или пленения. При этом, как утверждает полномочный представитель Масхадова в структурах ЕС и министр информации Ичкерии Ахмед Закаев, Сайдуллаев - не лидер ваххабитов, а человек, на протяжении многих лет являвшийся ближайшим соратником и единомышленником Аслана Масхадова, который теперь собирается продолжать дело политического представительства республики Ичкерия.
Людям, заинтересованным в продолжении чеченского сопротивления, гораздо выгоднее вести игру, используя вышеописанную аватару президента. Хотя малоизвестное на Западе имя и не заставит ПАСЕ быть жестче с Россией, на помощь Европы чеченцы и так давно не надеялись. Зато тот факт, что во главе Ичкерии встал человек, которого считают знатоком ислама и вообще праведником, будет вполне приятен арабским спонсорам чеченского джихада.
По словам Закаева, Абдул Халим Сайдуллаев никогда не был сторонником терактов и вообще - не радикал, а носитель вполне умеренных взглядов, обладающий огромным авторитетом среди гражданского населения и способный объединить все силы в Чеченской республике. Правда, председатель Госсовета Чечни Умар Джабраилов утверждает обратное: "Имя "Абдул Халим Сайдуллаев" мне ничего не говорит. Если такой человек и существует на самом деле, то Шамилем Басаевым ему отводится роль марионетки".
Третья аватара Абдула Халима
Хотя анонимные собеседники журнала "Русский Newsweek" и утверждают, что в последние годы Сайдуллаев был посредником между Масхадовым и Басаевым, а сын Масхадова Анзор заявляет, что некоторыми чертами характера новый президент напоминает отца, наиболее вероятной кажется версия, согласно которой Абдул Халим, каким бы уважением он ни пользовался в среде религиозных чеченцев, станет лишь номинальным символом республики Ичкерия. Реальную же деятельность будут по-прежнему осуществлять полевые командиры - Шамиль Басаев и Доку Умаров.
Однако возможен и другой сценарий, в рамках которого Сайдуллаев занял пост президента Ичкерии потому, что сама Чечня становится лишь одним из множества фронтов кавказского сопротивления. По словам Ахмеда Закаева, "идея чеченской независимости трансформировалась в кавказскую национальную идею, и флагом этой идеи является Шамиль Басаев. Басаев является лидером кавказских народов, и его позиция будет укрепляться, пока Кремль будет продолжать свою политику".
Действительно, кроме Шамиля Басаева, если верить "Кавказ-центру", новому президенту Чечни уже присягнул исламский джаамат Дагестана "Шариат". А джамааты, как известно, cуществуют сейчас почти в каждой северокавказской республике. Например, 14 марта кабардино-балкарский джамаат "Ярмук", есколько членов которого были ликвидированы во время январских и февральских "квартирных операций", попросил туристов воздержаться от катания на горных лыжах в Приэльбрусье, так как праздные спортсмены могут нечаянно наткнуться на одну из баз повстанцев и пострадать от пуль бдительных бойцов.
Итак, в ситуации, когда за пределами Чечни силами Басаева или других экстремистов осуществляется не меньше терактов и операций, чем в самой республике, ничто не мешает президенту Чечни быть человеком, к этим кровавым событиям непричастным. В своем обращении к народу, опубликованном 14 марта, Абдул Халим Сайдуллаев заявил, что при нем политика Ичкерии останется такой же, как была при Масхадове, с той разницей, что теперь стало совершенно ясно, что Кремль "не хочет мира на чеченской земле".