Парламентские выборы в Молдавии не только не стали новой "оранжевой революцией", но, напротив, лишь заморозили ситуацию как в самой республике, так и вокруг нее. Владимир Воронин сделал вид, что поворачивается лицом к Европе. Европа сделала вид, что всерьез рассматривает вероятность своего диалога с ним. Москва сделала вид, что страшно расстроена "бегством" бывшего союзника на Запад. Но на самом деле никаких реальных изменений после нынешнего голосования на берегах Днестра не произошло.
После двух "революций" на постсоветском пространстве любые выборы общенационального масштаба на территории государств, входящих в так называемое российской ближнее зарубежье, будут восприниматься и в Москве, и в странах Запада с подозрением: уж не готовится ли и там нечто подобное событиям в Грузии и на Украине? И те бывшие республики СССР, где такие выборы действительно проходят, зная о возложенных на них ожиданиях, пытаются им соответствовать.
Только этими соображениями можно объяснить то, что происходило вокруг парламентских выборов в Молдавии, состоявшихся в минувшее воскресенье, 6 марта. Все ключевые игроки в этой истории - действующая молдавская власть, местная политическая оппозиция, Госдума РФ и страны Запада - старательно делали вид, что в Кишиневе происходит без пяти минут очередная "оранжевая революция". А многие СМИ, прежде всего западные, и после выборов сообщают о победе молдавских коммунистов как об очередном крупном внешнеполитическом проигрыше Кремля.
Торг победителей
Итак, 6 марта на избирательные участки Молдавии явились примерно полтора миллиона человек, что, по данным ЦИК, составило 64 процента граждан, обладающих правом голоса. Предпочтения распределились следующим образом: правящая Партия коммунистов Молдавии получила 46,1 процента голосов (около 711 тысяч избирателей), избирательный блок "Демократическая Молдова" набрал 28,41 процента (около 440 тысяч человек), Христианско-демократической народной партии досталось еще 9,07 процента (примерно 134 тысячи голосов). Эти данные еще не окончательные - Центризбирком после дополнительной проверки передаст их в Конституционный суд Молдавии, который опубликует вердикт об итогах парламентских выборов в течение десяти последующих дней, - но в целом никто не сомневается, что действующему президенту страны Владимиру Воронину удалось остаться у власти.
Правда, для окончательной уверенности в этом молдавским коммунистам все же не хватает нескольких мандатов в будущем парламенте. Полученные на выборах результаты позволяют им претендовать на 56 кресел из 101, что достаточно для формирования правительства. Но вот для выбора главы государства необходимо набрать не менее 61 голоса парламентариев. Видимо, правящей партии придется привлекать на свою сторону представителей оппозиции, то есть в определенной степени делиться с ними будущими властными полномочиями и экономическими привилегиями. Оппозиция, хорошо разбирающаяся в правилах игры, уже начала набивать себе цену. В понедельник лидер "Демократической Молдовы" Серафим Урекян, а вслед за ним и глава христианских демократов Юрий Рошка заявили, что намерены бойкотировать предстоящие выборы президента, чтобы добиться досрочного роспуска нового парламента и проведения повторных выборов. Учитывая, что сторонники Урекяна получат 35 парламентских кресел, а сторонникам Рошки достанутся остальные 10 мест, теоретически это возможно. Но практически перевыборы в Молдавии никому не нужны, и своими заявлениями оба оппозиционных лидера просто начали процесс политического торга.
Тем более что результаты молдавских выборов уже признали западные наблюдатели - представители ОБСЕ и США. Хотя и отметили, что не все на них соответствовало международным требованиям. В частности, заявил официальный представитель Вашингтона Ричард Баучер, Кишинев по-прежнему проводит в отношении местных СМИ ту же политику, которая была замечена в Молдавии еще во время выборов в местные органы власти в 2003 году - политику административного давления в пользу провластных кандидатов. О том же говорил и руководитель миссии европейских наблюдателей, представитель парламентской ассамблеи ОБСЕ Киммо Кильюнен: "Мы можем сказать, что выборы в целом прошли в соответствии со стандартами и нормами, которые существуют в Совете Европы, ОБСЕ и Европарламенте. Выборы в целом прошли демократически, хотя есть и некоторые замечания".
А вот российские наблюдатели подвергли прошедшие выборы резкой критике, усмотрев в их организации многочисленные ущемления прав человека. Правда, россияне, видимо, главным образом имели в виду свои собственные права, потому что именно их, а также наблюдателей из Белоруссии, власти Молдавии до участия в своих выборах не допустили. Политический кризис, разразившийся в отношениях между Москвой и Кишиневом еще в феврале, достиг своего пика прямо накануне выборов, когда власти Молдавии безо всяких объяснений не впустили в страну около ста граждан РФ, прибывших туда в качестве наблюдателей. Три вагона с россиянами несколько часов простояли на пограничной станции Бульбоака, пока представители молдавских органов госбезопасности и прибывшие на помощь к соотечественникам российские дипломаты пытались договориться об их дальнейшем маршруте. В конце концов россияне, некоторые из которых пытались даже объявить голодовку в знак протеста, не солоно хлебавши отбыли в Санкт-Петербург.
Оранжевая пародия
Этот явно недружественный по отношению к РФ акт, а также депортацию из страны примерно еще ста российских граждан, которая с многочисленными скандалами происходила в течение предыдущего месяца, официальный Кишинев мотивировал тем, что Россия через своих представителей намерена повлиять на исход выборов. Иными словами, молдавская сторона прибегла к риторике в духе "оранжевой революции": местные власти всячески пытались дать понять, что намерены самым серьезным образом воспрепятствовать московским политтехнологам в их намерении задушить молодую молдавскую демократию.
Возможно, молдавские коммунисты во главе с Владимиром Ворониным решили разыграть на выборах "оранжевую карту" еще и потому, что это могла сделать за них оппозиция. Так, еще в ходе своей предвыборной кампании Христианско-демократическая народная партия активно использовала оранжевый цвет и даже подыскивала место в центре Кишинева, на котором можно было бы развернуть митинг протеста против результатов выборов, которые сторонники Юрия Рошки готовы были заранее назвать сфальсифицированными. Но вообще-то молдавские христианские демократы не могли не понимать, что шансов на повторение успеха украинской оппозиции у них не было. По всем опросам, включая и те, которые проводились на деньги фонда Сороса, избиратели явно предпочитали коммунистов. Об этом, кстати, говорили и результаты относительно недавних выборов 2003 года. Да и сама молдавская оппозиция слишком разрозненна и не имеет единого лидера. Затевать в таких условиях революцию бессмысленно.
В результате, за "оранжевую" риторику как за раскрученный брэнд ухватился сам Воронин. Мало того, что он активно создавал вокруг предстоящего голосования шумиху, привлекая внимание молдавских и мировых СМИ к "проискам" российских шпионов и политтехнологов. Незадолго до выборов он съездил в Киев, где повстречался с кумиром европейских политиков Виктором Ющенко, а затем пригласил в Кишинев другого "революционера" - президента Грузии Михаила Саакашвили, сигнализируя западным наблюдателям, что и он, коммунист Воронин, из их компании. Наконец, Воронин сделал еще один важный внешнеполитический жест - за несколько дней до выборов съездил в Брюссель, где подписал некий документ, касающийся отношений между ЕС и Молдавской республикой. Таким образом, молдавские коммунисты недвусмысленно заявили, что намерены окончательно повернуться спиной к России, чтобы отныне строить в своей стране исключительно демократию западного типа. Воронин даже высказался в том духе, что не пройдет и двух лет, как Молдавия вступит в ЕС.
"Хорошо, что Россия так на нас наехала..."
Впрочем, что еще ему оставалось делать? Российская сторона, сама того не желая, всячески ему подыгрывала, создав лидеру молдавских коммунистов имидж едва ли не очередного Ющенко. После того как в октябре 2003 года, в самый последний момент, Кишинев отказался подписывать подготовленное в Москве соглашение об урегулировании отношений между Молдавией и Приднестровьем, Кремль не упускал случая подчеркнуть свое недовольство политикой молдавских коммунистов.
Действительно, Владимир Воронин, пришедший к власти в 2001 году, изначально демонстрировал, в противовес прежнему молдавскому главе Мирче Снегуру, пророссийские симпатии. Он объявил русский язык вторым официальным языком Молдавии, перестал подчеркивать историческую близость Молдавии к Румынии, а также заявлял о своем намерении уладить все противоречия с Приднестровьем в тех рамках, которые устроили бы Москву. Однако стремление отказаться от националистической риторики открывало Воронину путь к диалогу не только с Россией, но и с ЕС. Видимо, к концу 2003 года он решил, что коммунистическая идеология не обязывает его во всем идти на поводу у Кремля, и отказался подписывать соглашение, подготовленное тогдашним заместителем главы президентской администрации Дмитрием Козаком, согласованное, казалось бы, со всеми сторонами молдавско-приднестровского конфликта.
Тем самым Воронин завоевал некоторое одобрение со стороны чиновников из ОБСЕ (которым очень не нравится российский воинский контингент, расквартированный в Приднестровье) и смертельно поссорился с Россией. Неудивительно, что в ходе нынешней предвыборной кампании Москва всячески пыталась организовать поддержку молдавской оппозиции и скомпрометировать самого лидера Партии коммунистов. Однако делалось это столь топорными методами (наподобие "проплаченных" митингов у посольства Молдавии в Москве или распространения заведомо ложных результатов неких опросов молдавских избирателей), что, по мнению самих сторонников Воронина, только пошло им на пользу. Видимо, современные кремлевским политтехнологи и не думал извлекать выводы из украинского урока: они по-прежнему пользуются методами агитации, которые способны лишь отпугнуть ту часть зарубежного электората, на привлечение которого, по идее, направлены.
Еще больше масла в огонь перед самыми выборами подлили депутаты российской Госдумы, которые, узнав о мерах, принятых Ворониным против наблюдателей из СНГ и, в частности, из РФ, в худших традициях отечественного парламентаризма громко принялись обсуждать санкции, которые Россия могла бы ввести против Молдавии. Речь шла о введении визового режима между двумя странами, о повышении цен на российское топливо и о бойкоте молдавским товарам, прежде всего знаменитому молдавскому вину. При этом думцы предлагали проводить четкое различие между собственно Молдавией и Приднестровьем, чтобы тяжелая рука российских санкций не задела наших союзников. Некоторые горячие головы предлагали не много не мало резко увеличить численность российских военных в том же Приднестровье. А докладчик, член комитета по делам СНГ Константин Затулин, даже публично назвал молдавских политиков "расхрабрившимися зайцами".
Что в результате
Если все время угрожать и ни разу не выполнить угрозы, тебя перестанут уважать, а угроз твоих никто не будет бояться. Видимо, российские парламентарии, всегда очень эмоционально обсуждающие вопросы о том, как должны вести себя соседние страны по отношению к России, об этом не помнят. Госдума много раз грозила санкциями и Прибалтике, и Грузии, и той же Украине, но ни разу воинственные иницииативы депутатов не находили воплощения в федеральных законах. По одной простой причине: Россия - не США, чтобы размахивать санкциями направо и налево, ее экономика слишком глубоко связана с экономиками соседних государств, она не отгорожена от них двумя океанами, да и политический вес нашей страны явно для этого не достаточен...
А самое главное, грубые окрики по адресу руководства независимых стран - не в интересах России. Рудименты имперского мышления, которые раз за разом демонстрируют представители российской власти (особенно законодательной), позволяют бывшим советским республикам раз за разом разыгрывать антироссийскую карту. Случай с Молдавией, которая гораздо больше Украины и Грузии зависима от экономики нашей страны, особенно показателен, потому что на этом направлении Москва могла бы добиться куда более впечатляющих успехов, но вместо этого лишь усилила интенсивность своего противостояния с Кишиневом.
Впрочем, и Воронину с его коммунистической командой обольщаться не стоит. Демарши в "оранжевом" стиле, предпринятые накануне выборов, останутся всего лишь демаршами. Ни о какой реальной интеграции Молдавии в европейские структуры, будь то ЕС или НАТО, в обозримом будущем речь, конечно, не идет. Молдавия как была самой бедной восточноевропейской страной, так ею и останется - в том числе и потому, что нынешняя молдавская власть больше озабочена собственным положением, чем проведением реальных экономических или политических реформ. И неразрешенный конфликт с Приднестровьем играет тут не последнюю роль.
Одним словом, выборы в Молдавии не только не стали новой "оранжевой революцией", но, напротив, лишь заморозили ситуацию как в самой республике, так и вокруг нее. Владимир Воронин сделал вид, что поворачивается лицом к Европе. Европа сделала вид, что всерьез рассматривает вероятность своего диалога с ним. Москва сделала вид, что страшно расстроена "бегством" бывшего союзника на Запад. Но на самом деле никаких реальных изменений после нынешнего голосования на берегах Днестра не произошло.
Оранжевая пародия на берегах Днестра
Парламентские выборы в Молдавии не только не стали новой "оранжевой революцией", но, напротив, лишь заморозили ситуацию как в самой республике, так и вокруг нее. Владимир Воронин сделал вид, что поворачивается лицом к Европе. Европа сделала вид, что всерьез рассматривает вероятность своего диалога с ним. Москва сделала вид, что страшно расстроена "бегством" бывшего союзника на Запад. Но на самом деле никаких реальных изменений после нынешнего голосования на берегах Днестра не произошло.
После двух "революций" на постсоветском пространстве любые выборы общенационального масштаба на территории государств, входящих в так называемое российской ближнее зарубежье, будут восприниматься и в Москве, и в странах Запада с подозрением: уж не готовится ли и там нечто подобное событиям в Грузии и на Украине? И те бывшие республики СССР, где такие выборы действительно проходят, зная о возложенных на них ожиданиях, пытаются им соответствовать.
Только этими соображениями можно объяснить то, что происходило вокруг парламентских выборов в Молдавии, состоявшихся в минувшее воскресенье, 6 марта. Все ключевые игроки в этой истории - действующая молдавская власть, местная политическая оппозиция, Госдума РФ и страны Запада - старательно делали вид, что в Кишиневе происходит без пяти минут очередная "оранжевая революция". А многие СМИ, прежде всего западные, и после выборов сообщают о победе молдавских коммунистов как об очередном крупном внешнеполитическом проигрыше Кремля.
Торг победителей
Итак, 6 марта на избирательные участки Молдавии явились примерно полтора миллиона человек, что, по данным ЦИК, составило 64 процента граждан, обладающих правом голоса. Предпочтения распределились следующим образом: правящая Партия коммунистов Молдавии получила 46,1 процента голосов (около 711 тысяч избирателей), избирательный блок "Демократическая Молдова" набрал 28,41 процента (около 440 тысяч человек), Христианско-демократической народной партии досталось еще 9,07 процента (примерно 134 тысячи голосов). Эти данные еще не окончательные - Центризбирком после дополнительной проверки передаст их в Конституционный суд Молдавии, который опубликует вердикт об итогах парламентских выборов в течение десяти последующих дней, - но в целом никто не сомневается, что действующему президенту страны Владимиру Воронину удалось остаться у власти.
Правда, для окончательной уверенности в этом молдавским коммунистам все же не хватает нескольких мандатов в будущем парламенте. Полученные на выборах результаты позволяют им претендовать на 56 кресел из 101, что достаточно для формирования правительства. Но вот для выбора главы государства необходимо набрать не менее 61 голоса парламентариев. Видимо, правящей партии придется привлекать на свою сторону представителей оппозиции, то есть в определенной степени делиться с ними будущими властными полномочиями и экономическими привилегиями. Оппозиция, хорошо разбирающаяся в правилах игры, уже начала набивать себе цену. В понедельник лидер "Демократической Молдовы" Серафим Урекян, а вслед за ним и глава христианских демократов Юрий Рошка заявили, что намерены бойкотировать предстоящие выборы президента, чтобы добиться досрочного роспуска нового парламента и проведения повторных выборов. Учитывая, что сторонники Урекяна получат 35 парламентских кресел, а сторонникам Рошки достанутся остальные 10 мест, теоретически это возможно. Но практически перевыборы в Молдавии никому не нужны, и своими заявлениями оба оппозиционных лидера просто начали процесс политического торга.
Тем более что результаты молдавских выборов уже признали западные наблюдатели - представители ОБСЕ и США. Хотя и отметили, что не все на них соответствовало международным требованиям. В частности, заявил официальный представитель Вашингтона Ричард Баучер, Кишинев по-прежнему проводит в отношении местных СМИ ту же политику, которая была замечена в Молдавии еще во время выборов в местные органы власти в 2003 году - политику административного давления в пользу провластных кандидатов. О том же говорил и руководитель миссии европейских наблюдателей, представитель парламентской ассамблеи ОБСЕ Киммо Кильюнен: "Мы можем сказать, что выборы в целом прошли в соответствии со стандартами и нормами, которые существуют в Совете Европы, ОБСЕ и Европарламенте. Выборы в целом прошли демократически, хотя есть и некоторые замечания".
А вот российские наблюдатели подвергли прошедшие выборы резкой критике, усмотрев в их организации многочисленные ущемления прав человека. Правда, россияне, видимо, главным образом имели в виду свои собственные права, потому что именно их, а также наблюдателей из Белоруссии, власти Молдавии до участия в своих выборах не допустили. Политический кризис, разразившийся в отношениях между Москвой и Кишиневом еще в феврале, достиг своего пика прямо накануне выборов, когда власти Молдавии безо всяких объяснений не впустили в страну около ста граждан РФ, прибывших туда в качестве наблюдателей. Три вагона с россиянами несколько часов простояли на пограничной станции Бульбоака, пока представители молдавских органов госбезопасности и прибывшие на помощь к соотечественникам российские дипломаты пытались договориться об их дальнейшем маршруте. В конце концов россияне, некоторые из которых пытались даже объявить голодовку в знак протеста, не солоно хлебавши отбыли в Санкт-Петербург.
Оранжевая пародия
Этот явно недружественный по отношению к РФ акт, а также депортацию из страны примерно еще ста российских граждан, которая с многочисленными скандалами происходила в течение предыдущего месяца, официальный Кишинев мотивировал тем, что Россия через своих представителей намерена повлиять на исход выборов. Иными словами, молдавская сторона прибегла к риторике в духе "оранжевой революции": местные власти всячески пытались дать понять, что намерены самым серьезным образом воспрепятствовать московским политтехнологам в их намерении задушить молодую молдавскую демократию.
Возможно, молдавские коммунисты во главе с Владимиром Ворониным решили разыграть на выборах "оранжевую карту" еще и потому, что это могла сделать за них оппозиция. Так, еще в ходе своей предвыборной кампании Христианско-демократическая народная партия активно использовала оранжевый цвет и даже подыскивала место в центре Кишинева, на котором можно было бы развернуть митинг протеста против результатов выборов, которые сторонники Юрия Рошки готовы были заранее назвать сфальсифицированными. Но вообще-то молдавские христианские демократы не могли не понимать, что шансов на повторение успеха украинской оппозиции у них не было. По всем опросам, включая и те, которые проводились на деньги фонда Сороса, избиратели явно предпочитали коммунистов. Об этом, кстати, говорили и результаты относительно недавних выборов 2003 года. Да и сама молдавская оппозиция слишком разрозненна и не имеет единого лидера. Затевать в таких условиях революцию бессмысленно.
В результате, за "оранжевую" риторику как за раскрученный брэнд ухватился сам Воронин. Мало того, что он активно создавал вокруг предстоящего голосования шумиху, привлекая внимание молдавских и мировых СМИ к "проискам" российских шпионов и политтехнологов. Незадолго до выборов он съездил в Киев, где повстречался с кумиром европейских политиков Виктором Ющенко, а затем пригласил в Кишинев другого "революционера" - президента Грузии Михаила Саакашвили, сигнализируя западным наблюдателям, что и он, коммунист Воронин, из их компании. Наконец, Воронин сделал еще один важный внешнеполитический жест - за несколько дней до выборов съездил в Брюссель, где подписал некий документ, касающийся отношений между ЕС и Молдавской республикой. Таким образом, молдавские коммунисты недвусмысленно заявили, что намерены окончательно повернуться спиной к России, чтобы отныне строить в своей стране исключительно демократию западного типа. Воронин даже высказался в том духе, что не пройдет и двух лет, как Молдавия вступит в ЕС.
"Хорошо, что Россия так на нас наехала..."
Впрочем, что еще ему оставалось делать? Российская сторона, сама того не желая, всячески ему подыгрывала, создав лидеру молдавских коммунистов имидж едва ли не очередного Ющенко. После того как в октябре 2003 года, в самый последний момент, Кишинев отказался подписывать подготовленное в Москве соглашение об урегулировании отношений между Молдавией и Приднестровьем, Кремль не упускал случая подчеркнуть свое недовольство политикой молдавских коммунистов.
Действительно, Владимир Воронин, пришедший к власти в 2001 году, изначально демонстрировал, в противовес прежнему молдавскому главе Мирче Снегуру, пророссийские симпатии. Он объявил русский язык вторым официальным языком Молдавии, перестал подчеркивать историческую близость Молдавии к Румынии, а также заявлял о своем намерении уладить все противоречия с Приднестровьем в тех рамках, которые устроили бы Москву. Однако стремление отказаться от националистической риторики открывало Воронину путь к диалогу не только с Россией, но и с ЕС. Видимо, к концу 2003 года он решил, что коммунистическая идеология не обязывает его во всем идти на поводу у Кремля, и отказался подписывать соглашение, подготовленное тогдашним заместителем главы президентской администрации Дмитрием Козаком, согласованное, казалось бы, со всеми сторонами молдавско-приднестровского конфликта.
Тем самым Воронин завоевал некоторое одобрение со стороны чиновников из ОБСЕ (которым очень не нравится российский воинский контингент, расквартированный в Приднестровье) и смертельно поссорился с Россией. Неудивительно, что в ходе нынешней предвыборной кампании Москва всячески пыталась организовать поддержку молдавской оппозиции и скомпрометировать самого лидера Партии коммунистов. Однако делалось это столь топорными методами (наподобие "проплаченных" митингов у посольства Молдавии в Москве или распространения заведомо ложных результатов неких опросов молдавских избирателей), что, по мнению самих сторонников Воронина, только пошло им на пользу. Видимо, современные кремлевским политтехнологи и не думал извлекать выводы из украинского урока: они по-прежнему пользуются методами агитации, которые способны лишь отпугнуть ту часть зарубежного электората, на привлечение которого, по идее, направлены.
Еще больше масла в огонь перед самыми выборами подлили депутаты российской Госдумы, которые, узнав о мерах, принятых Ворониным против наблюдателей из СНГ и, в частности, из РФ, в худших традициях отечественного парламентаризма громко принялись обсуждать санкции, которые Россия могла бы ввести против Молдавии. Речь шла о введении визового режима между двумя странами, о повышении цен на российское топливо и о бойкоте молдавским товарам, прежде всего знаменитому молдавскому вину. При этом думцы предлагали проводить четкое различие между собственно Молдавией и Приднестровьем, чтобы тяжелая рука российских санкций не задела наших союзников. Некоторые горячие головы предлагали не много не мало резко увеличить численность российских военных в том же Приднестровье. А докладчик, член комитета по делам СНГ Константин Затулин, даже публично назвал молдавских политиков "расхрабрившимися зайцами".
Что в результате
Если все время угрожать и ни разу не выполнить угрозы, тебя перестанут уважать, а угроз твоих никто не будет бояться. Видимо, российские парламентарии, всегда очень эмоционально обсуждающие вопросы о том, как должны вести себя соседние страны по отношению к России, об этом не помнят. Госдума много раз грозила санкциями и Прибалтике, и Грузии, и той же Украине, но ни разу воинственные иницииативы депутатов не находили воплощения в федеральных законах. По одной простой причине: Россия - не США, чтобы размахивать санкциями направо и налево, ее экономика слишком глубоко связана с экономиками соседних государств, она не отгорожена от них двумя океанами, да и политический вес нашей страны явно для этого не достаточен...
А самое главное, грубые окрики по адресу руководства независимых стран - не в интересах России. Рудименты имперского мышления, которые раз за разом демонстрируют представители российской власти (особенно законодательной), позволяют бывшим советским республикам раз за разом разыгрывать антироссийскую карту. Случай с Молдавией, которая гораздо больше Украины и Грузии зависима от экономики нашей страны, особенно показателен, потому что на этом направлении Москва могла бы добиться куда более впечатляющих успехов, но вместо этого лишь усилила интенсивность своего противостояния с Кишиневом.
Впрочем, и Воронину с его коммунистической командой обольщаться не стоит. Демарши в "оранжевом" стиле, предпринятые накануне выборов, останутся всего лишь демаршами. Ни о какой реальной интеграции Молдавии в европейские структуры, будь то ЕС или НАТО, в обозримом будущем речь, конечно, не идет. Молдавия как была самой бедной восточноевропейской страной, так ею и останется - в том числе и потому, что нынешняя молдавская власть больше озабочена собственным положением, чем проведением реальных экономических или политических реформ. И неразрешенный конфликт с Приднестровьем играет тут не последнюю роль.
Одним словом, выборы в Молдавии не только не стали новой "оранжевой революцией", но, напротив, лишь заморозили ситуацию как в самой республике, так и вокруг нее. Владимир Воронин сделал вид, что поворачивается лицом к Европе. Европа сделала вид, что всерьез рассматривает вероятность своего диалога с ним. Москва сделала вид, что страшно расстроена "бегством" бывшего союзника на Запад. Но на самом деле никаких реальных изменений после нынешнего голосования на берегах Днестра не произошло.