Если смотреть из Вашингтона, то вчерашнее выступление Кондолиззы Райс в Париже кажется, по меньшей мере, триумфом. Американские газеты называют завершающееся недельное турне госсекретаря Райс не иначе, как открытием новой прекрасной главы в отношениях США и ЕС. Тем временем в Париже и остальной Европе на результаты визита Райс смотрят гораздо менее оптимистично.
Если смотреть из Вашингтона, то вчерашнее выступление Кондолиззы Райс в Париже кажется, по меньшей мере, триумфом. Американские газеты называют завершающееся недельное турне госсекретаря Райс не иначе, как открытием новой прекрасной главы в отношениях США и ЕС. Знаками успеха становится все: и престижный Институт политических исследований, где Конди выступала перед пятью сотнями политиков и ученых, и ее элегантный костюм, и примирительный тон ее речей, прозвучавших в городе, из которого антиамериканский дух на протяжении нескольких лет распространялся по Европе.
Видимо, простые американцы так и не узнают, что написали об их госсекретаре французские газеты. Тем временем в Париже и остальной Европе на результаты визита Райс смотрят гораздо менее оптимистично. "Французы не могут согласиться с идеей о необходимости распространения в мире американской модели демократии, даже если это будет делаться мирными способами", - пишет Le Monde, вполне адекватно отражая мнение не только жителей Франции, но и многих других европейцев о новых международных инициативах США.
Кондолизза Райс приехала в Европу для того, чтобы создать почву для поствыборного визита Буша, собирающегося посетить Старый Свет 21-24 января, и попытаться положить конец напряженности, возникшей между США и их самыми главными союзниками перед началом вторжения в Ирак.
На протяжении своего визита она сознательно делала все для того, чтобы создать впечатление принципиального поворота в американской международной политике. Например, наблюдатели отметили ее сознательный отказ от участия в палестино-израильском саммите в Шарм-эль-Шейхе, который, наряду с достаточно жестким тоном заявлений, сделанных Конди в адрес Шарона, и обещанием Буша направить 350 миллионов долларов на помощь палестинцам, убедил мир в намерении США занять более нейтральную позицию по вопросу об арабо-израильском конфликте.
Парижское выступление Райс было призвано стереть память о связанных с Ираком разногласиях между США и ведущими членами ЕС. Впервые за долгое время высокопоставленный американский чиновник заявил, что США приветствуют усиление Евросоюза и видят в нем не угрозу, но надежду на более плодотворное сотрудничество и не собираются делить европейцев на "своих" (то есть, готовых поддержать американскую международную экспансию) и "чужих".
Почему же выступление Райс в Париже вызвало некоторый скептицизм у аудитории? Вполне вероятно, что дело в неадекватности избранного ею пути к сердцу слушателей. Вместо конкретных предложений, Райс вылила на них поток идеологии. Слово "свобода" прозвучало в выступлении Кондолиззы как минимум 20 раз. Огромное количество усилий она потратила на то, чтобы доказать вполне очевидную и имеющую сравнительно небольшое значение для реалий современной политики мысль: США и ЕС - две колыбели демократии и заинтересованы в ее распространении в мире. Для этого ей пришлось вспомнить и Великую Французскую революцию, и Холодную войну, и людей, живущих под гнетом тирании в странах Ближнего Востока.
Нельзя утверждать, что для жителей ЕС все эти слова - пустой звук. Однако, как сказал бывший президент Франции Жискар Д'Эстен, "для того чтобы решить все проблемы мира, одной свободы недостаточно". С точки зрения Европы, США до сих пор остаются самой жадной из развитых стран, так как тратят наименьшую долю своего ВВП на помощь Третьему миру. Между Америкой и Европой до сих пор стоят такие вопросы, как неподписанный американцами Киотский протокол, неопределенность положения заключенных в Гуантанамо, дефицит госбюджета США, грозящий европейской экономике низкий курс доллара, импорт генетически модифицированных продуктов.
Главное же различие США и ЕС, с точки зрения специализации госпожи Райс - международных отношений, касается не столько целей американской политики, сколько ее средств. Именно из-за этого различия самые актуальные на сегодняшний день разногласия между двумя сторонами до сих пор не разрешены.
Одним из таких разногласий является снятие эмбарго на поставки вооружений в Китай. Эмбарго было наложено 15 лет назад после кровавых событий на площади Тяньаньмэнь, и конференция министров иностранных дел Евросоюза собирается отменить его в течение ближайших 6 месяцев, так как считает повод устаревшим, а оружию необходимы новые рынки. Выступая в Лондоне, Кондолизза Райс заявила, что снятие эмбарго создаст ложное впечатление, будто в Китае улучшилось положение с правами человека, и нарушит баланс вооружений в Азии. А в среду Конгресс США принял резолюцию, согласно которой снятие эмбарго "противоречит духу трансатлантического военного сотрудничества".
Вторым поводом для усиления напряженности в отношениях между США и ЕС являются переговоры о ядерном разоружении Ирана. Ведут их представители Евросоюза, и в середине января журнал New Yorker сообщил о том, что в США позиция европейцев кажется слишком мягкой. С тех пор перспективы нанесения США превентивного удара по Ирану и проведения ими операции по смещению иранского режима (в необходимости чего европейцы очень сомневаются) являются постоянной темой обсуждений по обе стороны океана. Если США действительно решат вмешаться в жизнь иранцев, новый конфликт между Америкой и ЕС окажется неизбежным.
Наконец, на прошлой неделе главы МИДов стран - членов ЕС сняли санкции с Кубы, наложенные в марте 2003 года из-за того, что Фидель Кастро посадил в тюрьму большую группу диссидентов. США не торгуют с Кубой с момента прихода к власти Фиделя Кастро в 1959 году, и решение ЕС им, конечно, неприятно.
Нет сомнений в том, что как только дело коснется вышеперечисленных вопросов, Кондолизза Райс будет думать не об историческом родстве Европы и Америки, а о конкретных интересах США. Европейцы об этом знают, и поэтому, хотя и признают потепление в американо-европейских отношениях, не спешат восторженно реагировать на ее риторику.
Париж не сдался Кондолиззе
Если смотреть из Вашингтона, то вчерашнее выступление Кондолиззы Райс в Париже кажется, по меньшей мере, триумфом. Американские газеты называют завершающееся недельное турне госсекретаря Райс не иначе, как открытием новой прекрасной главы в отношениях США и ЕС. Тем временем в Париже и остальной Европе на результаты визита Райс смотрят гораздо менее оптимистично.
Если смотреть из Вашингтона, то вчерашнее выступление Кондолиззы Райс в Париже кажется, по меньшей мере, триумфом. Американские газеты называют завершающееся недельное турне госсекретаря Райс не иначе, как открытием новой прекрасной главы в отношениях США и ЕС. Знаками успеха становится все: и престижный Институт политических исследований, где Конди выступала перед пятью сотнями политиков и ученых, и ее элегантный костюм, и примирительный тон ее речей, прозвучавших в городе, из которого антиамериканский дух на протяжении нескольких лет распространялся по Европе.
Видимо, простые американцы так и не узнают, что написали об их госсекретаре французские газеты. Тем временем в Париже и остальной Европе на результаты визита Райс смотрят гораздо менее оптимистично. "Французы не могут согласиться с идеей о необходимости распространения в мире американской модели демократии, даже если это будет делаться мирными способами", - пишет Le Monde, вполне адекватно отражая мнение не только жителей Франции, но и многих других европейцев о новых международных инициативах США.
Кондолизза Райс приехала в Европу для того, чтобы создать почву для поствыборного визита Буша, собирающегося посетить Старый Свет 21-24 января, и попытаться положить конец напряженности, возникшей между США и их самыми главными союзниками перед началом вторжения в Ирак.
На протяжении своего визита она сознательно делала все для того, чтобы создать впечатление принципиального поворота в американской международной политике. Например, наблюдатели отметили ее сознательный отказ от участия в палестино-израильском саммите в Шарм-эль-Шейхе, который, наряду с достаточно жестким тоном заявлений, сделанных Конди в адрес Шарона, и обещанием Буша направить 350 миллионов долларов на помощь палестинцам, убедил мир в намерении США занять более нейтральную позицию по вопросу об арабо-израильском конфликте.
Парижское выступление Райс было призвано стереть память о связанных с Ираком разногласиях между США и ведущими членами ЕС. Впервые за долгое время высокопоставленный американский чиновник заявил, что США приветствуют усиление Евросоюза и видят в нем не угрозу, но надежду на более плодотворное сотрудничество и не собираются делить европейцев на "своих" (то есть, готовых поддержать американскую международную экспансию) и "чужих".
Почему же выступление Райс в Париже вызвало некоторый скептицизм у аудитории? Вполне вероятно, что дело в неадекватности избранного ею пути к сердцу слушателей. Вместо конкретных предложений, Райс вылила на них поток идеологии. Слово "свобода" прозвучало в выступлении Кондолиззы как минимум 20 раз. Огромное количество усилий она потратила на то, чтобы доказать вполне очевидную и имеющую сравнительно небольшое значение для реалий современной политики мысль: США и ЕС - две колыбели демократии и заинтересованы в ее распространении в мире. Для этого ей пришлось вспомнить и Великую Французскую революцию, и Холодную войну, и людей, живущих под гнетом тирании в странах Ближнего Востока.
Нельзя утверждать, что для жителей ЕС все эти слова - пустой звук. Однако, как сказал бывший президент Франции Жискар Д'Эстен, "для того чтобы решить все проблемы мира, одной свободы недостаточно". С точки зрения Европы, США до сих пор остаются самой жадной из развитых стран, так как тратят наименьшую долю своего ВВП на помощь Третьему миру. Между Америкой и Европой до сих пор стоят такие вопросы, как неподписанный американцами Киотский протокол, неопределенность положения заключенных в Гуантанамо, дефицит госбюджета США, грозящий европейской экономике низкий курс доллара, импорт генетически модифицированных продуктов.
Главное же различие США и ЕС, с точки зрения специализации госпожи Райс - международных отношений, касается не столько целей американской политики, сколько ее средств. Именно из-за этого различия самые актуальные на сегодняшний день разногласия между двумя сторонами до сих пор не разрешены.
Одним из таких разногласий является снятие эмбарго на поставки вооружений в Китай. Эмбарго было наложено 15 лет назад после кровавых событий на площади Тяньаньмэнь, и конференция министров иностранных дел Евросоюза собирается отменить его в течение ближайших 6 месяцев, так как считает повод устаревшим, а оружию необходимы новые рынки. Выступая в Лондоне, Кондолизза Райс заявила, что снятие эмбарго создаст ложное впечатление, будто в Китае улучшилось положение с правами человека, и нарушит баланс вооружений в Азии. А в среду Конгресс США принял резолюцию, согласно которой снятие эмбарго "противоречит духу трансатлантического военного сотрудничества".
Вторым поводом для усиления напряженности в отношениях между США и ЕС являются переговоры о ядерном разоружении Ирана. Ведут их представители Евросоюза, и в середине января журнал New Yorker сообщил о том, что в США позиция европейцев кажется слишком мягкой. С тех пор перспективы нанесения США превентивного удара по Ирану и проведения ими операции по смещению иранского режима (в необходимости чего европейцы очень сомневаются) являются постоянной темой обсуждений по обе стороны океана. Если США действительно решат вмешаться в жизнь иранцев, новый конфликт между Америкой и ЕС окажется неизбежным.
Наконец, на прошлой неделе главы МИДов стран - членов ЕС сняли санкции с Кубы, наложенные в марте 2003 года из-за того, что Фидель Кастро посадил в тюрьму большую группу диссидентов. США не торгуют с Кубой с момента прихода к власти Фиделя Кастро в 1959 году, и решение ЕС им, конечно, неприятно.
Нет сомнений в том, что как только дело коснется вышеперечисленных вопросов, Кондолизза Райс будет думать не об историческом родстве Европы и Америки, а о конкретных интересах США. Европейцы об этом знают, и поэтому, хотя и признают потепление в американо-европейских отношениях, не спешат восторженно реагировать на ее риторику.