После освобождения из датской тюрьмы Ахмед Закаев попал в британскую. Правда, ненадолго. Теперь его судьба оказалась в руках у правосудия Великобритании. Какое бы решение ни вынес британский суд, Закаев обречен на повторные аресты и судебные процессы в любой другой стране, поскольку его розыском занимается Интерпол. А Генеральной прокуратуре России в этом случае предоставляется шанс научиться оформлять дела так, чтобы комар носа не подточил. Для этого у нее, возможно, будет достаточное число попыток.
После отказа датского министерства юстиции выдать России Ахмеда Закаева и сам Закаев, проведший в датскиой тюрьме месяц, и правозащитники, организовавшие кампанию по защите эмиссара Аслана Масхадова, вздохнули с облегечнием.
Сколько бы российская прокуратура и Минюст ни называли решение Дании политически мотивированным и предвзятым, факты, изложенные в тексте решения говорили сами за себя: за прошедший год (а уголовное дело против Ахмеда Закаева было возбуждено в 2001 году) Генпрокуратура не удосужилась опросить свидетелй по его делу. Все показания были срочно собраны уже после задержания Закаева в Дании.
Закаев и его сторонники скромно торжествовали, прокуратура двинула вперед тяжелую артиллерию в лице Сергея Ястржембского, Юрия Чайки и прочих весомых во всех отношениях фигур, чтобы не дай бог общественность не усомнилась в профессионализме российских следователей.
Закаев же, сразу по выходу из тюрьмы благодаривший Данию и заявивший о готовности начать мирные переговоры "без предварительных условий", перед отлетом в Лондон сменил тон. Он заявил, что поскольку российские войска продолжают истреблять чеченский народ, отчаявшиеся камикадзе могут совершить более серьезный по сравнению с недавним захватом заложников в московском театральном центре террористический акт.
Однако облегчение было недолгим. Сразу по прибытии в Лондон Ахмед Закаев был арестован британской полицией. После краткого допроса его отпустили под залог, уплаченный известной актрисой и правозащитницей Ванессой Редгрейв, депутатом Европарламента лордом Бетеллом и правозащитником Владимиром Буковским. Покинуть Великобританию до суда Закаев не сможет - в полицейском участке у него отобрали паспорт.
Российские информационные агентства, сообщившие об аресте Закаева, не уточнили, был ли произведен арест на основании запроса о международном розыске по линии Интерпола, или российская прокуратура, рассчитав, что кроме Лондона Закаеву ехать некуда, срочно оформила новый запрос на его экстрадицию.
Как бы то ни было, рассмотрение подобного дела займет не одну неделю. И исход его предрекать не возьмется никто. С одной стороны, в Великобритании существует влиятельное мусульманское лобби, в некоторых лондонских мусульманских центрах до сих пор практически открыто собирают пожертвования на борьбу за свободу Чечни, да и мнение Дании, а в ее лице и всего ЕС, британские власти не могут не учитывать. Однако, как известно, премьер-министр Тони Блэр является практически единственным европейским лидером, поддержавшим жесткую позицию США по вопросу борьбы с террроризмом и заявляющим о своей решимости преследовать террористов. Поэтому перспективы судебного дела Закаева, как и его дальнейшая судьба, туманны.
Если британцы согласятся с доводами российской стороны, перспектива очевидна - Лефортово, суд, колония. Однако, даже в случае отказа выдать Закаева, выезд в любую другую страну будет чреват для него новым арестом и новым разбирательством.
Именно это обстоятельство открывает для российской прокуратуры широкие возможности для самосовершенствования. Безусловно, британский суд уже не сможет вменить ей в вину то обстоятельство, что свидетельские показания были собраны задним числом. Зато могут вскрыться другие недочеты в представленных документах, неточности в переводе, особенности оформления запросов и прочее, прочее, прочее. Так, раз за разом оформляя необходимые документы, глядишь, Генпрокуратура и обретет невиданную до сих пор оперативность, точность и последовательность действий.
Как бы ни завершилось дело Закаева, власти Великобритании вряд ли решатся дать вид на жительство или гражданство столь спорной фигуре. Даже владельцу Harrod's и почти что родственнику британской королевской семьи Мухаммеду Аль-Файеду это не удалось. А значит, Ахмед Закаев будет вынужден искать другое прибежище. Резонно предположить, что уж в США-то он точно не решится ехать. Да и облюбованная многочисленными чеченскими изгнанниками Турция, к слову сказать, на днях отказавшая в визе соратникам Закаева, скорее всего предпочтет передать его Интерполу. Безусловно, число стран, в которые может поехать Закаев, конечно, но вряд ли ему захочется потратить долгие месяцы для того, чтобы испытать на себе прелести пребывания в турецкой или американской тюрьмах. Да и спонсоры, оплачивающие услуги адвокатов, могут устать.
Придется, как и обещал, возвращаться в Чечню для установления мира и согласия. Или, в крайнем случае, в Грузию. Однако в любом случае урегулировать конфликт придется из глубокого подполья. Иначе проводить переговоры "безо всяких предварительных условий" придется в Лефортово.
Нет предела совершенству
После освобождения из датской тюрьмы Ахмед Закаев попал в британскую. Правда, ненадолго. Теперь его судьба оказалась в руках у правосудия Великобритании. Какое бы решение ни вынес британский суд, Закаев обречен на повторные аресты и судебные процессы в любой другой стране, поскольку его розыском занимается Интерпол. А Генеральной прокуратуре России в этом случае предоставляется шанс научиться оформлять дела так, чтобы комар носа не подточил. Для этого у нее, возможно, будет достаточное число попыток.
После отказа датского министерства юстиции выдать России Ахмеда Закаева и сам Закаев, проведший в датскиой тюрьме месяц, и правозащитники, организовавшие кампанию по защите эмиссара Аслана Масхадова, вздохнули с облегечнием.
Сколько бы российская прокуратура и Минюст ни называли решение Дании политически мотивированным и предвзятым, факты, изложенные в тексте решения говорили сами за себя: за прошедший год (а уголовное дело против Ахмеда Закаева было возбуждено в 2001 году) Генпрокуратура не удосужилась опросить свидетелй по его делу. Все показания были срочно собраны уже после задержания Закаева в Дании.
Закаев и его сторонники скромно торжествовали, прокуратура двинула вперед тяжелую артиллерию в лице Сергея Ястржембского, Юрия Чайки и прочих весомых во всех отношениях фигур, чтобы не дай бог общественность не усомнилась в профессионализме российских следователей.
Закаев же, сразу по выходу из тюрьмы благодаривший Данию и заявивший о готовности начать мирные переговоры "без предварительных условий", перед отлетом в Лондон сменил тон. Он заявил, что поскольку российские войска продолжают истреблять чеченский народ, отчаявшиеся камикадзе могут совершить более серьезный по сравнению с недавним захватом заложников в московском театральном центре террористический акт.
Однако облегчение было недолгим. Сразу по прибытии в Лондон Ахмед Закаев был арестован британской полицией. После краткого допроса его отпустили под залог, уплаченный известной актрисой и правозащитницей Ванессой Редгрейв, депутатом Европарламента лордом Бетеллом и правозащитником Владимиром Буковским. Покинуть Великобританию до суда Закаев не сможет - в полицейском участке у него отобрали паспорт.
Российские информационные агентства, сообщившие об аресте Закаева, не уточнили, был ли произведен арест на основании запроса о международном розыске по линии Интерпола, или российская прокуратура, рассчитав, что кроме Лондона Закаеву ехать некуда, срочно оформила новый запрос на его экстрадицию.
Как бы то ни было, рассмотрение подобного дела займет не одну неделю. И исход его предрекать не возьмется никто. С одной стороны, в Великобритании существует влиятельное мусульманское лобби, в некоторых лондонских мусульманских центрах до сих пор практически открыто собирают пожертвования на борьбу за свободу Чечни, да и мнение Дании, а в ее лице и всего ЕС, британские власти не могут не учитывать. Однако, как известно, премьер-министр Тони Блэр является практически единственным европейским лидером, поддержавшим жесткую позицию США по вопросу борьбы с террроризмом и заявляющим о своей решимости преследовать террористов. Поэтому перспективы судебного дела Закаева, как и его дальнейшая судьба, туманны.
Если британцы согласятся с доводами российской стороны, перспектива очевидна - Лефортово, суд, колония. Однако, даже в случае отказа выдать Закаева, выезд в любую другую страну будет чреват для него новым арестом и новым разбирательством.
Именно это обстоятельство открывает для российской прокуратуры широкие возможности для самосовершенствования. Безусловно, британский суд уже не сможет вменить ей в вину то обстоятельство, что свидетельские показания были собраны задним числом. Зато могут вскрыться другие недочеты в представленных документах, неточности в переводе, особенности оформления запросов и прочее, прочее, прочее. Так, раз за разом оформляя необходимые документы, глядишь, Генпрокуратура и обретет невиданную до сих пор оперативность, точность и последовательность действий.
Как бы ни завершилось дело Закаева, власти Великобритании вряд ли решатся дать вид на жительство или гражданство столь спорной фигуре. Даже владельцу Harrod's и почти что родственнику британской королевской семьи Мухаммеду Аль-Файеду это не удалось. А значит, Ахмед Закаев будет вынужден искать другое прибежище. Резонно предположить, что уж в США-то он точно не решится ехать. Да и облюбованная многочисленными чеченскими изгнанниками Турция, к слову сказать, на днях отказавшая в визе соратникам Закаева, скорее всего предпочтет передать его Интерполу. Безусловно, число стран, в которые может поехать Закаев, конечно, но вряд ли ему захочется потратить долгие месяцы для того, чтобы испытать на себе прелести пребывания в турецкой или американской тюрьмах. Да и спонсоры, оплачивающие услуги адвокатов, могут устать.
Придется, как и обещал, возвращаться в Чечню для установления мира и согласия. Или, в крайнем случае, в Грузию. Однако в любом случае урегулировать конфликт придется из глубокого подполья. Иначе проводить переговоры "безо всяких предварительных условий" придется в Лефортово.