Главное управление Генпрокуратуры России по Северному Кавказу опротестовало оправдательный приговор, вынесенный 22 марта генерал-майору Борису Фадееву и полковнику Михаилу Левченко. Их обвиняли в халатности, повлекшей за собой гибель бойцов Сергиевопосадского ОМОНа в марте 2000 года, но суд не нашел в действиях офицеров состава преступления. Однако Генпрокуратуре, судя по всему, важнее не восстановить справедливость, а повесить это дело хоть на кого-нибудь.
В деле о расстреле бойцов Сергиевопосадского ОМОНа весной 2000 года в Чечне, казалось бы завершенном, начинается новый этап. Главное управление Генпрокуратуры России по Северному Кавказу опротестовало оправдательный приговор, вынесенный 22 марта генерал-майору Борису Фадееву и полковнику Михаилу Левченко. Следствие обвиняло их в халатности, повлекшей за собой гибель сергиевопосадских омоновцев - статья 293, часть вторая Уголовного кодекса России. Но Старопромысловский районный суд Грозного не нашел в их действиях состава преступления.
Бойцов Сергиевопосадского ОМОНа расстреляли 2 марта 2000 года в нескольких километрах от Грозного. Они ехали в чеченскую столицу, чтобы сменить Подольский ОМОН. Автоколонна была обстреляна на блокпосту в селе Подгорное из автоматов, пулеметов и гранатометов. Cразу были подбиты два из девяти "Уралов" - первый и замыкающий колонну. Остальные были расстреляны в упор. Омоновцы заняли круговую оборону, но бой был неравным, и помощь подошла слишком поздно. Из 100 человек отряда погибли 22, еще 54 получили ранения.
Рассыпавшиеся обвинения
С точки зрения здравого смысла, обвинения выглядят действительно странно. Генералу Фадееву, который тогда был заместителем начальника ГУВД Московской области, вменяли в вину то, что он не проследил за передвижением колонны Сергиевопосадского ОМОНа к месту службы и не обеспечил ее безопасность. Но, как выяснилось, 2 марта 2000 года, когда произошла трагедия, Фадеев ехал с другим отрядом подмосковных омоновцев в Гудермес. А о приказе руководства МВД, согласно которому он должен был следить еще и за Сергиевопосадским ОМОНом, просто не знал. Но даже если бы знал, все равно не смог бы находиться в двух местах одновременно.
Полковник же Левченко - тогда руководитель группы управления Объединенной группировки войск в Чечне - вообще был назначен на эту должность всего за сутки до случившегося, и едва ли успел войти в курс дела и правильно оценить обстановку. Государственный обвинитель на процессе Олег Батурский утверждает, однако, что это неправда. По его сведениям, Левченко приступил к своим обязанностям 27 февраля, а 29-го уже вовсю издавал приказы. Однако, вынося Левченко оправдательный приговор, суд нашел другие аргументы. Согласно приговору, самовольное выдвижение отряда Сергиевопосадского ОМОНа по инициативе его командира Дмитрия Маркелова "лишило Левченко возможности выполнять свои обязанности". Маркелов же погиб во время обстрела, с него уже не спросишь.
В этом деле был еще и третий обвиняемый - бывший начальник Подольского ОМОНа Игорь Тихонов. Но его оставили в покое в связи с тяжелой болезнью - раком мозга. Как сказано в постановлении суда, "производство по делу приостановлено до выздоровления обвиняемого".
Виноватых нет
О невиновности Фадеева и Левченко в ходе судебного процесса говорили не только адвокаты, но и лица, казалось бы, заинтересованные: бывшие омоновцы из Сергиева Посада, которым удалось уцелеть в той мясорубке, и даже родители погибших милиционеров. Но на представителей Генпрокуратуры никакие аргументы не действуют - она уверена в своей правоте. Складывается ощущение, что им во что бы то ни стало надо кого-нибудь наказать за расстрел омоновцев, неважно кого.
С другой стороны, после оправдания обвиняемых дело, действительно, как будто повисло в воздухе. Получается, что в гибели 22 милиционеров не виноват никто. А точнее, крайним оказывается командир Сергиевопосадского отряда Дмитрий Маркелов - именно он принял решение о выдвижении отряда, не сообщив об этом начальству и не дождавшись машин сопровождения.
Предательство или заказ?
Бывшие подчиненные Маркелова категорически не согласны с обвинениями в адрес своего командира. У омоновцев, побывавших в том бою, есть свои версии относительно того, что на самом деле произошло и кто виноват. С мнением Генпрокуратуры они во многом расходятся.
Например, по данным следствия, по омоновцам из Сергиева Посада стреляли их коллеги из Подольского ОМОНа, дислоцированные в этом районе. "Подольские" якобы получили оперативную информацию о том, что на днях у Грозного появятся боевики, переодетые в форму чеченских милиционеров. Поэтому, увидев некую колонну без опознавательных знаков, они без колебаний открыли огонь. Но бывшие милиционеры из Сергиева Посада говорят, что "подольские" не могли по ним стрелять, а даже наоборот, пытались их прикрыть. К сожалению, они не смогли сделать этого из-за неудачного расположения блокпоста.
Далее, участники того боя говорят, что все это выглядело, как "хорошо спланированная акция". Противник явно был отлично вооружен, помощь не приходила слишком долго, да и фактор внезапности сыграл свою роль. Многие из бывших сергиевопосадских омоновцев уверены, что имело место предательство. Например, для того чтобы сместить кого-то с занимаемой должности. Они не исключили, что те, кто планировал эту акцию, хотели убрать именно командира Сергиевопосадского ОМОНа. Поэтому еще в ходе процесса они заявляли, что "на скамье подсудимых сидят совсем не те люди, которые должны сидеть".
Бывшие омоновцы высказывают и еще одну версию - их могли заказать криминальные авторитеты из Сергиевопосадского района. Им уж точно было за что мстить милиции.
Туманные перспективы
Главное управление Генпрокуратуры России по Северному Кавказу подало протест в Верховный суд Чечни. Он может быть рассмотрен примерно через месяц-два. Предсказывать результаты преждевременно, да и нецелесообразно. Если протест будет удовлетворен, процесс пойдет по второму кругу: те же обвиняемые, свидетели, показания, экспертизы и т.д. Если же Генпрокуратуре откажут, то она, судя по всему, отправится искать других виновных в гибели 22 милиционеров Сергиевопосадского ОМОНа.
Дело Сергиевопосадского ОМОНа не закончено. Генпрокуратуре нужны виноватые
Главное управление Генпрокуратуры России по Северному Кавказу опротестовало оправдательный приговор, вынесенный 22 марта генерал-майору Борису Фадееву и полковнику Михаилу Левченко. Их обвиняли в халатности, повлекшей за собой гибель бойцов Сергиевопосадского ОМОНа в марте 2000 года, но суд не нашел в действиях офицеров состава преступления. Однако Генпрокуратуре, судя по всему, важнее не восстановить справедливость, а повесить это дело хоть на кого-нибудь.
В деле о расстреле бойцов Сергиевопосадского ОМОНа весной 2000 года в Чечне, казалось бы завершенном, начинается новый этап. Главное управление Генпрокуратуры России по Северному Кавказу опротестовало оправдательный приговор, вынесенный 22 марта генерал-майору Борису Фадееву и полковнику Михаилу Левченко. Следствие обвиняло их в халатности, повлекшей за собой гибель сергиевопосадских омоновцев - статья 293, часть вторая Уголовного кодекса России. Но Старопромысловский районный суд Грозного не нашел в их действиях состава преступления.
Бойцов Сергиевопосадского ОМОНа расстреляли 2 марта 2000 года в нескольких километрах от Грозного. Они ехали в чеченскую столицу, чтобы сменить Подольский ОМОН. Автоколонна была обстреляна на блокпосту в селе Подгорное из автоматов, пулеметов и гранатометов. Cразу были подбиты два из девяти "Уралов" - первый и замыкающий колонну. Остальные были расстреляны в упор. Омоновцы заняли круговую оборону, но бой был неравным, и помощь подошла слишком поздно. Из 100 человек отряда погибли 22, еще 54 получили ранения.
Рассыпавшиеся обвинения
С точки зрения здравого смысла, обвинения выглядят действительно странно. Генералу Фадееву, который тогда был заместителем начальника ГУВД Московской области, вменяли в вину то, что он не проследил за передвижением колонны Сергиевопосадского ОМОНа к месту службы и не обеспечил ее безопасность. Но, как выяснилось, 2 марта 2000 года, когда произошла трагедия, Фадеев ехал с другим отрядом подмосковных омоновцев в Гудермес. А о приказе руководства МВД, согласно которому он должен был следить еще и за Сергиевопосадским ОМОНом, просто не знал. Но даже если бы знал, все равно не смог бы находиться в двух местах одновременно.
Полковник же Левченко - тогда руководитель группы управления Объединенной группировки войск в Чечне - вообще был назначен на эту должность всего за сутки до случившегося, и едва ли успел войти в курс дела и правильно оценить обстановку. Государственный обвинитель на процессе Олег Батурский утверждает, однако, что это неправда. По его сведениям, Левченко приступил к своим обязанностям 27 февраля, а 29-го уже вовсю издавал приказы. Однако, вынося Левченко оправдательный приговор, суд нашел другие аргументы. Согласно приговору, самовольное выдвижение отряда Сергиевопосадского ОМОНа по инициативе его командира Дмитрия Маркелова "лишило Левченко возможности выполнять свои обязанности". Маркелов же погиб во время обстрела, с него уже не спросишь.
В этом деле был еще и третий обвиняемый - бывший начальник Подольского ОМОНа Игорь Тихонов. Но его оставили в покое в связи с тяжелой болезнью - раком мозга. Как сказано в постановлении суда, "производство по делу приостановлено до выздоровления обвиняемого".
Виноватых нет
О невиновности Фадеева и Левченко в ходе судебного процесса говорили не только адвокаты, но и лица, казалось бы, заинтересованные: бывшие омоновцы из Сергиева Посада, которым удалось уцелеть в той мясорубке, и даже родители погибших милиционеров. Но на представителей Генпрокуратуры никакие аргументы не действуют - она уверена в своей правоте. Складывается ощущение, что им во что бы то ни стало надо кого-нибудь наказать за расстрел омоновцев, неважно кого.
С другой стороны, после оправдания обвиняемых дело, действительно, как будто повисло в воздухе. Получается, что в гибели 22 милиционеров не виноват никто. А точнее, крайним оказывается командир Сергиевопосадского отряда Дмитрий Маркелов - именно он принял решение о выдвижении отряда, не сообщив об этом начальству и не дождавшись машин сопровождения.
Предательство или заказ?
Бывшие подчиненные Маркелова категорически не согласны с обвинениями в адрес своего командира. У омоновцев, побывавших в том бою, есть свои версии относительно того, что на самом деле произошло и кто виноват. С мнением Генпрокуратуры они во многом расходятся.
Например, по данным следствия, по омоновцам из Сергиева Посада стреляли их коллеги из Подольского ОМОНа, дислоцированные в этом районе. "Подольские" якобы получили оперативную информацию о том, что на днях у Грозного появятся боевики, переодетые в форму чеченских милиционеров. Поэтому, увидев некую колонну без опознавательных знаков, они без колебаний открыли огонь. Но бывшие милиционеры из Сергиева Посада говорят, что "подольские" не могли по ним стрелять, а даже наоборот, пытались их прикрыть. К сожалению, они не смогли сделать этого из-за неудачного расположения блокпоста.
Далее, участники того боя говорят, что все это выглядело, как "хорошо спланированная акция". Противник явно был отлично вооружен, помощь не приходила слишком долго, да и фактор внезапности сыграл свою роль. Многие из бывших сергиевопосадских омоновцев уверены, что имело место предательство. Например, для того чтобы сместить кого-то с занимаемой должности. Они не исключили, что те, кто планировал эту акцию, хотели убрать именно командира Сергиевопосадского ОМОНа. Поэтому еще в ходе процесса они заявляли, что "на скамье подсудимых сидят совсем не те люди, которые должны сидеть".
Бывшие омоновцы высказывают и еще одну версию - их могли заказать криминальные авторитеты из Сергиевопосадского района. Им уж точно было за что мстить милиции.
Туманные перспективы
Главное управление Генпрокуратуры России по Северному Кавказу подало протест в Верховный суд Чечни. Он может быть рассмотрен примерно через месяц-два. Предсказывать результаты преждевременно, да и нецелесообразно. Если протест будет удовлетворен, процесс пойдет по второму кругу: те же обвиняемые, свидетели, показания, экспертизы и т.д. Если же Генпрокуратуре откажут, то она, судя по всему, отправится искать других виновных в гибели 22 милиционеров Сергиевопосадского ОМОНа.